– Ну что же.. у меня для вас несколько новостей. С какой начать?

Макс проследил за ней взглядом, а потом, посмотрев на меня и кивая в сторону Насти, выдал:

– Андрей, я так понимаю, на тебе теперь должок?

– Ты же знаешь, что должниками я обычно себя окружаю.

– О, узнаю своего брата. Ни одного прямого ответа. Дипломат чертов, – Макс театрально закатил глаза, – я лучше у девушки спрошу. Анастасия, этот мужчина Вам точно ничего не должен? А то с этими Вороновыми только свяжись…

Настя улыбнулась, наблюдая за нашим диалогом, и, придав своему лицу максмальной серьезности, ответила:

– Ну что вы, Максим Савельевич… О связи с Вороновым мне жалеть не приходилось, скорее наоборот… – она задержала на мне свой взгляд, смотрела, не моргая, словно искала в моих глазах ответ, не зная, захочет ли его услышать. Я взял в руки стул и, поставив его рядом с Настей, жестом пригласил ее присесть. Потом наклонился и ответил:

– Жалеют в основном о несбывшихся надеждах, а их дарят только обманщики. Но это ведь не о нас, Анастасия Сергеевна….

– Конечно, Андрей. И в этом мы с тобой похожи…

Макс откашлялся, понимая, что разговор завернул немного не туда.

– Теперь понятен секрет вашего идеального сотрудничества… Но я бы лично отметил это чудное дело в хорошем ресторане… Тесновато у вас тут…

– Поддерживаю… Уверен, мы отлично посидим… Выбор места предоставим даме…

– Андрей, я своим вкусам не изменяю, так что мой выбор ты знаешь… А сейчас, давайте и правда к делу!

Я зашагал по комнате, разминая шею – за последние двое суток тело словно затекло, привычное к постоянному движению, сейчас оно протестовало против этой вынужденной остановки. Я повернулся к Максу, чувствуя, что шутки шутками, но пока что мы сидим тут, в этой комнате, связанные по рукам и ногам.

– Ты с адвокатами созвонился? Где эти акулы юриспруденции, мать их так? За те деньги, что они получают, искать “где глубже” бесполезно.

– Да им еще до меня позвонили, только к тебе хрен доберешься. Даже Пантелеев не смог пробить эту гребаную стену.

Я присвистнул в ответ. Если даже этот сукин сын, которого знали все менты и прокуроры города, как самого клыкастого и беспринципного адвоката, не смог сюда прорваться, то дела намного хуже, чем я думал. Мы с Настей переглянулись, понимая друг друга без слов. Ее предположения об инструкциях сверху сейчас полностью оправдались. Меня закрыли здесь, игнорируя законность процедуры, наплевав на нарушения, чтобы дать понять, что это не шутки. Все очень серьезно, и, судя по всему, это только начало.

Конец ознакомительного фрагмента.