Шрифт:
Баллада о Светлейшем Герцоге Йоркском. Часть вторая
Баллада о Светлейшем Герцоге Йоркском. Часть третья
«Завидую молодожёнам…»
Взгляды
Патриотические
Рванём, комбат!
Пропавшая память
Ночная бомбардировка
Наполеон
– Я дочь арабского царя,Принцесса Галла, —Подняв на рыцаря глаза,Она сказала.– Возьми меня или убей,Но их не трогай.Пускай несчастные идутСвоей дорогой.– Пусть будет так, – ответил он.– Пойдёшь со мною.И станешь, дочь Царя песков,Моей женою.И вот опять сидит в седлеПравитель Йоркский,А рядом Галла на конеСредь крестоносцев.Из-под копыт летит земляИ пыль, взлетая,И снова мчит вперёд отряд,Как волчья стая.Но вдруг поднял свою ладоньСветлейший Герцог,Увидев на пути своёмТень иноверца.Подходит ближе бедуин,Глядит устало,Остановился и застыл,Взглянув на Галлу.И тут узнал Светлейший ГерцогПилигрима,И понял, что пред ним стоитКолдун Магриба.– Ответь, маг, долго ли мне житьИ видеть Солнце,И скоро ль жизни моей нитьНавек прервётся?Ему ответил чародей:– Запомни, рыцарь,Сейчас ты вдруг в любви своейНашёл убийцу.– Я предскажу твою судьбу,Светлейший Герцог.И расскажу, как ты змеюПригрел на сердце.– В душе её бушует яд,И в сердце жало,А под цветком её любвиКлинок запрятан.Ты сам нашёл свою судьбу,Но, воин, верь мне,Сейчас играешь ты в игруЛюбви и смерти.Конец второй части.
Йорк молча слушал мудреца,Застыв как камень,И пальцы к острому мечуТянулись сами.Угрюмо он смотрел с коняНа пилигрима:– Как ты посмел здесь развязатьЯзык змеиный?– В твоих словах отрава лжиИ волчья злоба.Не может смерти быть в любви,Спроси любого.– За то, что врёшь про жизнь мою,Старик, не скрою,Тебя жестоко накажуСвоей рукою.Схватили слуги колдуна,Скрутили руки.Сверкнуло лезвие меча,Прервались муки.Убрал Светлейший в ножны мечИ оглянулся,Но встретив вдруг принцессы взгляд,Лишь усмехнулся.Задумчиво в его глазаСмотрела Галла,Но под плащом её рукаКинжал сжимала…Конец.
Завидую молодожёнам,Они купаются в любви,Хоть каждый день они готовыДруг друга на руках нести.А кто-то от любви страдаетИ ночи напролёт не спит,И часто тяжело вздыхает,Но снова к ней чуть что бежит.Кому любовь – большое счастье,Кому – продуманный процесс,Кому-то, может, – путь к богатству,Кому-то – многотонный пресс.Влюбляйтесь, люди, безвозмездно,И чаще, чёрт вас всех возьми,И женщин, кстати, поздравляюЯ с первым праздником весны!
Опять я слышу звук шаговИ провожаю тебя взглядом,Лишь аромат твоих духовСо мною остаётся рядом.Ты снова смотришь на меня,Но подойти к тебе не смею,С тобою рядом быть всегдаНадежду робкую лелею.Твои печальные глаза,Как Солнце в ранний час восхода,Друг к другу жаркие сердцаНеудержимо тянет снова.Я вижу твой манящий взгляд,Зовёт к себе он неустанно,Любви неистовый зарядЯ ощущаю постоянно.Ты снова пробежишь в толпе,Меня опять ты не узнаешь,Как я мечтаю о тебеТы даже не подозреваешь.
Он командиром был от Бога,И каждому из нас как брат.Он говорил: «Прорвёмся, парни».А мы ему: «Рванём, комбат».Мы очень долго отступалиИ от границы шли назад.Но он сказал: «Прорвёмся, парни».И мы в ответ: «Рванём, комбат».Нас сильно под Москвой прижали,Тогда вокруг был сущий ад.Кричал он нам: «Прорвёмся, парни!».И мы кричим: «Рванём, комбат!».Потом в атаку мы бежали,И он, сжимая автомат,Опять кричит: «Прорвёмся, парни!».Кричим и мы: «Рванём, комбат!».Я видел, как он вдруг споткнулсяИ в рыхлый снег валиться стал,Своё любимое: «Прорвёмся…»Он еле слышно прошептал.Мы у могилы все стоялиИ говорили невпопад.На обелиске написали:«Мы за тебя рванём, комбат».Война – долой, а нам медали,Но вот который год подрядВо сне мне слышится: «Прорвёмся!»,И я ору: «Рванём, комбат!».
Ничто не забыто, никто не забыт —Ты с детства слова заучил,Ведь каждый из нас память в сердце хранитО тех, кто Страну защитил.Дошёл до Берлина Советский солдат,Полив своей кровью полмира,Варшава и Прага, София, Белград —Европа его не забыла.Теперь в многих странах бульдозера ножКрушит обелиски героев,Врагом для них стал вдруг Советский солдатС подачи заморских ковбоев.Зачем сгорел в танке под Курском мой дед,За что вся Страна воевала,За то, чтоб сегодня, спустя столько летВойна на пороге стояла?Встаёт над Землёй чёрной свастики тень,Где с грязью мешают могилы,Опять всех людей превращают в мишеньВосставшие с Ада громилы.
Тревога! Взлёт. Мотор поёт,К Берлину даже он довезёт.Тоска – долой, сомненья – прочь,Вернёмся все мы – нас скроет ночь.Летим звеном, отставших нет,Везём от Сталина привет.За наших жён и матерей,За Землю нашу, и за детей.Мы над объектом – красота,Шесть тысяч метров высота.Нажата кнопка – «груз» готов,Внизу фашистам – прекрасных снов.Сирен воздушных раздался вой,Мы отбомбились – идём домой.По курсу «мессер», за ним второй,Такое дело – воздушный бой.Снаряд немецкий попал в крыло,Горит кабина – не повезло.Кровь бьёт фонтаном из рваных ран,Вираж налево – и на таран…
В огне кровавых революцийЯвился миру он.И занял, узурпатор дерзкий,Святой французский трон.Великолепный императорВёл в бой свои войска.В сиянии побед и славыВзошла его звезда.Взвились трёхцветные знамёна,Как будто к облакам,И пала дряхлая ЕвропаК французским сапогам.Но закатилось его Солнце,Угас огонь зари,Когда вдруг в сторону РоссииОн повернул штыки.Потом ночами ему снилсяКошмар Бородина.В те дни герою катастрофаБыла предрешена.На острове Святой ЕленыУвял вчерашний бог,Понять другим бы БонапартамИстории урок.