– Все в норме. Тест по химии меня доконал. – Я изобразила усталость. Но на самом деле, химию я знала не хуже чем свои пять пальцев. Арина посмотрела на меня, встревоженным взглядом.

– Может тебе стоит поехать домой? Выспаться, ну или просто отдохнуть? – Арина как всегда искренне переживала за меня. Рядом проходящий парень споткнулся о мою ногу, я смерила его раздраженным взглядом, он нервно сглотнул, быстро поднявшись на ноги. Я мысленно усмехнулась, люблю видеть страх в их глазах.

– Да брось. Всё в норме. – Вернулась я к разговору, более ободрено. Взгляд Арины говорил, что она так не думает. Сейчас она должна прочитать мне целую лекцию, о вреде недосыпа и переутомления. Но её опередил звонок на пару, которому я была очень благодарна. Вскочив со скамейки, моя рука потянулась за недопитым кофе, уже на ходу я обернулась.

– Встретимся завтра. – Прокричала я, перекрикивая гул студентов. Арина, как всегда кивнула.

Уверенной, твердой походкой я прошагала в аудиторию. Предмет нейрохирургии являлся одним из моих приоритетов. А всё, потому, что моя мать прикована к кровати. У неё сломан позвоночник в четырех местах. Сейчас она находиться в одном из пансионатов для инвалидов, нашего города. Уже как тринадцать лет, она не двигается. До исполнения мне восемнадцати лет, опеку надо мной несла бабушка, мамина мама. Она скончалась, когда мне было девятнадцать, примерно год назад. После этого мне пришлось устроить маму в пансионат для инвалидов. Она была не против. В пансионате предоставляли отличный, высококачественный уход и постоянный присмотр врачей. Я не могла взять на себя эти обязанности в полной мере, лишь потому, что мне нужно учиться, обеспечивать себя и мать. Моя жизнь отличается от жизни обычного студента. Обычной девушки – в приоритете которой, парни и вся эта ерунда. Я не подпускаю к себе мужской пол, я могу твердо сказать, что призираю его.

После пары, мне пришло сообщение из пансионата, о том, что мама сегодня в удовлетворительном состоянии. А это означает, что сегодня она не просит убить её. Моя мама всегда отличалась от нормальных людей, её психика была расшатана за долгое время до того как она попала в больницу. Но после того как её приковало к кровати всё стало намного хуже. Она каждый раз рассказывает мне о своих ненормальных видениях и снах, об ангелах и демонах, которые бродят по земле, о том, что она общается с ними во сне. Её сложно винить, в том, что с ней происходит. Её участь намного печальнее, чем моя. Не каждый человек сможет выдержать пытку, лежать овощем на кровати, не в состоянии даже пальцем пошевелить. Я пытаюсь к ней наведываться как можно чаще, но выходит это не более двух раз в неделю.

Сегодня один из таких дней...

В моём распоряжении черный внедорожник марки Mercedes, да, он стоит немало, но я могу себе позволить такие вещи. Моя работа полностью обеспечивает меня и мать.

Пансионат находиться на окраине города. Так что, что бы туда добраться, мне нужен час. Каждый раз, я обещаю себе, что буду сдерживаться рядом с мамой, но каждый раз на меня накатывает гнев. Я вдавила педаль в пол, мча так быстро, как только могла. Почти всегда нарушая правила, мне никогда не выписывают штрафы. И это не, потому что у меня есть связи, а потому что у меня есть деньги ну и еще кое-что... Система воспитывает из нас демонов. А я привыкла идти против системы, нарушая все известные законы.

Доехав до пансионата, который находился около озера и леса, я припарковала внедорожник. Здание двухэтажное, поместного типа, располагалось на зеленой, ухоженной лужайке, большое количество лавочек и фонтанов окружали двор. Вот что означает частный пансионат. Государство бы никогда не создало такой. За стойкой ресепшен, меня встречает взглядом Лилия, она как всегда приветливо улыбается.

Понятное дело, каждому из персонала, я плачу помимо установленной стоимости пребывания здесь. Это я делаю лишь для того, что бы к моей маме было особое внимание и уход. Голубые стены с белыми узорами, много света и живых растений в горшках, струились по всем коридорам. Так же здесь есть игровая комната и библиотека, тренажерный зал и еще много всего того, куда мама не сможет добраться… Мама лежала в двух местной палате повышенного класса. Я бы могла оплатить ей и отдельную палату, но тогда бы она все время находилась одна, без общения, которое ей было очень нужно. В её палате лежала женщина за пятьдесят, с кучерявыми седыми волосами, здесь, она оказалась, потому что хромает и плохо передвигается. Но на самом деле все не так уж с ней и плохо, мне кажется, что её сын, просто спихнул её сюда, что бы, не заботиться.

Открыв белую, деревянную дверь, я как всегда застыла в проёме, подавляя желание выбежать из этого здания. Женщина сорока пяти лет, лежала на кровати с удобным матрасом люкс класса, укрытая белоснежным покрывалом. Темные волосы, как всегда чистые струились по её плечам, лицо ухоженное, но уже покрыто морщинами вокруг глаз. Её кровать стоит около окна, предоставляя вид на лес и озеро, мама смотрела в окно, она всегда смотрит в окно. Пройдя к её кровати, осторожным шагом, я опустилась на колени и сжала её ладонь, в своих запотевших ладонях. Мне приходилось сдерживать слёзы, каждый раз. Моя мать находиться в таком состоянии из-за моего отца.

Когда мне было семь, я вернулась со школы. В коридоре лежала мама, а над ней стоял разъяренный отец, он бил её до тех пор, пока она не потеряла сознание и не прекратила плакать. Мой отец – тварь, которую непонятно по каким причинам носит земля. Он избивал мою маму постоянно, когда у него были проблемы на работе либо же просто от скуки, и делал он это мастерски, потому что он военный. Мне тоже попадало каждый раз, когда я пыталась её защитить. Сломанные руки и ноги, вывихнутое плечи, постоянные кровоподтеки на моём теле, это все заслуга моего отца. Он всегда бил туда, где невозможно было заметить. Мама терпела каждый раз, твердя, что он хороший человек, просто сейчас у него такой период. После того как моя мама попала в больницу с переломанным хребтом, отец как хороший человек собрал вещи и уехал, у него были связи что бы развестись без согласия мамы. За тринадцать лет мы не получили от него ни копейки, он оставил нам лишь дом, записанный на маму. Вскоре нам пришлось продать и его, что бы оплачивать дорогостоящие медикаменты для мамы и поддержания её жизнедеятельности. Я переехала к бабушке, до её смерти я жила с ней.

– Привет Лис. – Нежно пролепетала мама. Её голос был слабым, но все же живым. Она всегда называла меня Лис или Лиса. Я не должна плакать, в её присутствии. Это по крайне мере просто не честно. Это не я лежу прикованная к кровати, мама держится и я должна.

– Привет, мам. Как ты? – Прохрипела я, пытаясь придать голосу более нежный характер. Мама повернула ко мне голову, это единственное чем она могла шевелить...

– Ко мне во сне приходил ангел, он говорил, что ты делаешь благое дело, марая свои руки. – Прощебетала благоговейно мама. Мне нужно себя сдерживать каждый раз и терпеть её рассказы. Я натянуто улыбнулась. Моя мама не знает, о чем говорит. – Наверное, он так говорит, потому что ты стремишься стать нейрохирургом и помогать людям. – Добавила она. Я криво улыбнулась и кивнула. Никто не знает вторую часть моей жизни.