Ее юный голос прозвучал осуждающе, когда она обратилась к священнику:

— Я не дьявол.

Тот резко повернулся к ней. В его глубоко посаженных глазах неожиданно вспыхнул гнев.

— Тебя никто не спрашивает, девочка.

— Я не дьявол.

Бледное лицо священника покраснело.

— Глупость поселилась в душе ребенка, но с помощью розги она будет изгнана, — монотонно проговорил он.

— Остыньте, ваше преподобие. — Лицо доктора тоже стало красным. — Нет необходимости говорить о розгах, когда малышка еще не оправилась от тяжелой болезни.

— Ваше дело — думать о теле ребенка, доктор, а мой долг — позаботиться о его душе. Кажется, уже нельзя медлить. Завтра я подгоню повозку и заберу девочку.

— Возможно, будет лучше, если она останется здесь еще на несколько дней.

— Я приеду за ней завтра.

Веки Онести отяжелели настолько, что она не могла держать глаза открытыми. Священник вышел. Когда его шаги затихли, она вздохнула. Преподобный Хаттон был нехорошим человеком и не нравился ей.

В номере отеля Джуэл взглянула в зеркало, смочила пальцы духами и слегка коснулась ими шеи. Запахло сиренью. Ей понравилось свое отражение. Рыжие волосы были уложены в высокую прическу, лицо ярко накрашено, пунцовый атлас подчеркивал пышные формы и живо контрастировал с белизной ее полной груди, а черные сетчатые чулки, которые она приберегала для особого случая, плотно облегали обутые в красные туфли на высоких каблуках стройные ноги, от которых большинство мужчин сходило с ума.

«Да, Джуэл Лару сегодня вечером поставит весь город на уши!» — пронеслось в голове девушки.

Накинув шаль, Джуэл с бьющимся от волнения сердцем повернулась к двери. С улицы доносились звуки шумного веселья. Пришло время начать свое дело. Она стремилась к этому с того самого дня, когда навеки распрощалась с Дженни Ларсон. Через неделю она подыщет подходящее помещение для самого большого салуна, какой Абилин когда-либо видел, и привлечет достаточно служащих из других заведений как своим очарованием, так и значительной суммой, положенной в банк сегодня днем. Теперь мечта всей жизни станет реальностью. Ее умение обращаться с мужчинами и картами позволит ей превзойти конкурентов. Она не сомневалась, что будущее будет светлым. Нисколько не сомневалась.

Спустя несколько минут Джуэл была уже в вестибюле отеля, чувствуя на себе любопытные взгляды окружающих. Трепет густо накрашенных ресниц, низкий хрипловатый голос в ответ на вопросы мужчин, покачивание бедер и глубокий вырез платья — все это пьянило ее, и она упивалась своей властью.

На улице Джуэл громко рассмеялась при виде огней салуна «Аламо», видневшихся вдалеке. Ее неукротимый дух слишком долго томился в неволе, но теперь она была свободной…

— Проститутка! Аферистка! Распутница!

Джуэл замерла, напуганная преградившим ей путь высоким человеком, одетым во все черное. Бледное худощавое лицо мужчины исказилось от злобы, когда он снова закричал:

— Наложница сатаны! Ты хотела завладеть душой невинного ребенка и погубить его, но у тебя ничего не выйдет! Я встану на твоем пути, как стою сейчас, потому что я посланник Бога!

Быстро собралась толпа. Джуэл, овладев собой, ответила:

— Я не знаю, о чем вы говорите!

— Ребенок… невинный ребенок… запятнан тенью твоих грехов!

Терпение Джуэл иссякло, и она крикнула:

— Убирайся с моей дороги! Сумасшедший!

— Ты назвала меня сумасшедшим? Меня, наместника Бога на земле?

Джуэл рассмеялась в ответ:

— Сомневаюсь, что Бог позволил такому ненормальному, как ты, говорить от его имени! Прочь с моей дороги сейчас же!

— Нет, ты так просто от меня не отделаешься! — Опасный незнакомец схватил Джуэл за руку, продолжая кричать: — Предупреждаю тебя: завтра ребенок будет моим. Не пытайся увидеться с девочкой и разговаривать с ней. Если не послушаешь меня, пострадаете обе!

Резко отпустив Джуэл, отчего она едва не упала, ее обвинитель повернулся и исчез в вечерней мгле.

«Сумасшедший… Этот человек просто сумасшедший!» — решила Джуэл, дрожа от возмущения. Пытаясь овладеть собой и скрыть огорчение, она неуверенной походкой снова пошла по улице. Вдруг кто-то опять схватил ее за руку:

— Джуэл, он тебе не причинил вреда?

Это был Сэм. В голосе его чувствовалась тревога:

— Я задал вопрос, черт побери, а ты не отвечаешь мне! Что наговорил тебе этот сумасшедший тип?

Испытывая досаду от внезапно возникшего спазма в горле, Джуэл стряхнула его руку и подняла подбородок:

— Нет, он мне ничего не сделал. И с чего ты взял, что я нуждаюсь в опеке такого старика, как ты?

Спокойствие ее восстановилось, когда Сэм фыркнул:

— Да, мне следовало бы знать, что ты не нуждаешься ни в чьей помощи, особенно моей! Но не все такие, как ты!

— О чем ты говоришь?

— Ты знаешь!

Выйдя из себя, Джуэл выпалила:

— Я начинаю думать, что ты такой же ненормальный, как тот незнакомец, и, если сейчас же не объяснишь, что имеешь в виду, я немедленно уйду!