Все трое почти синхронно кивнули.

— Вот на них привезли почти тридцать человек с продуктовых складов, которые на окраине города стоят.

— Скорее даже за окраиной, — поправила Ольга.

— А? Ну да, до домов там с километр или больше и между ними ещё железка проходит, — согласился я с ней.

— И много привезли продуктов?

— Порядком, две машины по край бортов, но на общее число посёлка это так, крошки, пару недель протянуть. Собираются позже ещё раз скататься всей колонной.

— Нам бы и половины машины хватило, — вздохнул старлей. — С едой у нас проблема не меньшая, чем с патронами.

— Хм… я привезу, сказал я и встал с колен.

— У сво… в посёлке попросишь? — поинтересовался Сашка. — Думаешь, выдадут?

— У меня свои запасы имеются. Ждите, я скоро. Только не пальните случайно по машине, когда буду возвращаться.

— А ты тормози перед лагерем, — сказал тёзка, поднимаясь на ноги вместе со мной. — Пойду, провожу тебя и скажу часовым о машине.

В поселке меня опять провожали странными взглядами, причём теперь среди них были не только вопросительные и любопытные, но и злые.

Возле дома меня ожидал сюрприз в количестве двадцати семи единиц, одна из которых коматозная.

— Вы тут что делаете? — удивился я.

— Куда послали, туда и пришли, — хмуро сказал знакомый чоповец. — твои земляки нас сюда отправили, типа, ты нас спас, ты и отвечай теперь. Расселяй и корми, одевай и тэ дэ.

— Это кто вам сказал?

— А я знаю тут, думаешь, кого? — собеседник нервно дёрнул щекой. — Тип какой-то в камуфле охотничьем. Знай я, что тут такое отношение к людям, то лучше бы на складах посидел, пока ребята не выздоровели, а потом ушли бы все вместе в места получше.

— Голодные?

— Так, червячка заморили немного. Спасибо, Толокчев нам принёс тушняка и каши, и сказал, где воду можно набрать. Ну, и сказал, чтобы за эти флажки не забредали, а то твои големы нас на части порвут.

— Кто-кто?

— Василий Толокчев…

— А-а, Васька, — догадался я. — Ладно, сейчас ещё вынесу, и можете пройти на территорию, только в здание не заходите. Вон там у меня печка стоит, кастрюли дам с чайником, дрова имеются. Сварите себе каши или супа.

Я отдал им половину коробки тушёнки, отсыпал риса, вручил масло, сахар и соль.

— Занимайтесь, а мне нужно отлучиться по делам, — сказал я, запуская двигатель "буханки".

Кое-что я оставил себе, но большую часть продуктов, которыми был забит салон УАЗа, я вёз отряду огненного мага. Рассчитывал, что после рейда в город продуктов мне хватит на пару месяцев, а оно вон как обернулось.

В чужом лагере задерживаться не стал, просто сгрузил продукты, послушал благодарности и умчал обратно. На обратном пути я стал свидетелем, как в посёлке на дороге стали сооружать баррикаду с откатными воротами из листа железа в два на три метра и толщиной три миллиметра.

"Спохватились, суки", — почему-то эти действия, эта попытка отгородиться от своих же земляков, среди которых хватает раненых и поголовно голодные, стали порцией бензина, упавшей на чуть тлеющие угли недавней ярости.

Дома я поднялся на второй этаж, достал бутылку конька, с помощью которого лечил нервы ещё в Шантингорске, набулькал сто грамм в кружку и большими глотками выпил, после чего несколько минут тяжело дышал, приходя в чувство.

Вскоре с улицы потянуло ароматом готовящейся пищи и через полчаса меня позвали.

— Витя!

Я подошёл к окну и выглянул на улицу. Там одна из девушек из числа спасённых со складов, помахала мне рукой:

— У нас всё готово! Спускайся.

— Не хочу есть, спасибо, спасибо большое, — отказался, было, я, не то у меня настроение сейчас для совместного застолья, но не вышло.

— Пожалуйста! Хотя бы чая попьёшь.

Я вздохнул.

— Хорошо, сейчас буду, — взяв несколько кружек и стаканов, я спустился вниз. Там мне тут же вручили тарелку с рисовой кашей, щедро напичканной кусочками тушёного мяса.

— Сюда бы лучка, морковки побольше и чесночка пару головок и вышло бы что-то близкое к плову, — сообщила девушка, которая меня позвала. — Я Саша, это Ира, Артём…

— Запомнил? — усмехнулся чоповец. когда представление закончилось.

— Кое-кого.

— Вить, а расскажи, как у вас тут люди живут, почему так косо на нас смотрят и к тебе направили… считай, прогнали, а? — попросила Сашка.

— У нас, как же, — вздохнул я.

— Дай человеку сначала поесть, — сказал Валера, тот самый чоповец. — Как там, в сказке: напои, накорми, а потом речь веди, ха-ха.