Открыв перед нами дверь в комнату, откуда сразу же ударил в нос запах болеутоляющих и кроветворных зелий, имеющих сладковато-кислый аромат, рыцаря пропустил нас вперёд и вошёл, следом закрыв двери.

— Принц Эшарион…

— Простите, что так получилось, капитан Ренд. Как вы себя чувствуете?

— Неплохо, учитывая, что я не потерял рук и ног, а шрамы красят рыцарей. — Оскалился он и поморщился от боли.

Подойдя я оценил плотные окровавленные бинты на груди и наложил исцеляющие чара, которые немного усилили эффект от зелий и лицо у капитана даже немного порозовело, да и дышать он стал лучше.

— А как вы добрались?

— Было спокойно, если не считать нападение сервента и вырожденцев, которые разорили несколько селений в графстве Лейнар, но на нас не напали.

— Видимо сервента послали после того как поняли что вы изменили маршрут и по тракту движутся пустые экипажи. — Сев он посмотрел мне в глаза. — Император Дарий II умер. Это случилось в летнем дворце. Он упал в залив.

— Да, я понял это по чёрным флагам. — Тихо вздохнул я и опустил взгляд. — Жаль.

— Куда вы сейчас?

— В Саврос, я не собираюсь здесь останавливаться. А вы капитан?

— Как только смогу вернусь с отрядом в столицу. Спасибо за семью, принц. Я этого не забуду. — Протянул он мне руку. — Даже не смейте платить, я делаю это не ради золота.

— Да, капитан. Даже немного жаль отпускать вас обратно, таких рыцарей как вы осталось так мало. — Пожал я крепкую мозолистую руку воина. — Вы узнали, кто стоял за этим?

— Брюс, отчёты. — Кивнул он рыцарю, стоящему у двери. — Как думаете, случайна ли смерть императора?

— Вы сами ответили на свой вопрос, капитан. Наложу ещё раз чары, вам это хорошо помогает. — Проговорил я, создавая сложные чары и накладывая на рыцаря наблюдая как под бинтами ткани его тела, начинают срастаться.

— Так уже лучше, — удовлетворённо улыбнулся он без боли, — надеюсь, мы ещё встретимся.

— Возможно, капитан, — отметил я боковым зрением, как Брюс снял копии с листов бумаги и передал мне, — спасибо за листы допроса, буду знать, кто желает моей смерти даже после отречения.

— Отречение, причину которого многие не поняли…

— Скоро вы поймёте эти причины, капитан. Это всё что я могу сказать. Выздоравливайте, Ренд. Да хранят вас духи.

— Вас тоже, мой принц. — Кивнул он и крепко задумался.

Покинув комнату, я свернул и убрали бумаги в тубус на поясе, после чего мы спустились вниз с Мирасом, выйдя, отметил то, что северяне купили себе припасов, чтобы поесть в пути и забрался на лошадь, проговорил:

— Отправляемся. На ночлег остановимся в Савросе.

Наш караван снова двинулся и без малейших проблем покинул город. Выехав, я остановился и посмотрел на широкую реку, текущую по краю долины, расположенное между двумя горными хребтами, вершины самых высоких гор которого были заснеженными, но здесь внизу всё утопали в зелени. Так же было много леса, им были покрыты всего горы и сейчас его сплавляли по реке… Вдохнув свежий гордый воздух, я задумчиво улыбнулся.

— Эшарион, император мёртв. Что нам делать? — остановилась коня возле меня баронесса.

— Ничего. — Посмотрел я в глаза Ноа. — Иногда сложнее всего — ничего не делать. Я не хочу участвовать в этой безумной войне за престол, где каждая тварь пытается получить свой кусочек власти. — Тяжело вздохнув, добавил. — Быть правителем — значит быть одному. Всегда.

— Ты боишься?

— Да, боюсь. Что стану одной из тварей, что населяют дворец. А ведь мне предлагалось их возглавить. — Горько улыбнулся в ответ.

— Они не все такие…

— Каждый из них взобравшийся так высоко в совершенстве овладел искусствами лести и обмана. Ты даже не представляешь, что будет сейчас. Это начало конца.

— Ты меня обманываешь…

— Всё может быть гораздо хуже, чем даже я могу себе это представить…

Наша колонна добралась до Савроса ближе к тому моменту, когда солнце начало скрываться за горами. Сам город оказался небольшим, но довольно серьёзно защищённым, имея помимо городской стены, стену так же вокруг и графского замка. Однако в целом город встретил нас запустением, слишком уж мало было в нём людей, да и сама атмосфера не располагала к веселью.

Добравшись до замка, мы вошли в открытые ворота, отметив, что здесь не было стражи как на городских вратах, ведь граф прибыл в столицу на суд в тот день, когда мы отправились, а члены его семьи, после допроса тайной стражи решили отправиться к своим родственникам, ведь их лишили герба.