— Если ты не идёшь к медработникам, то хотя бы смирись с моей помощью.

Он снова хотел возразить. Она видела это по его лицу. Но затем остановился и сел, позволив ей вытереть кровь с лица.

У него было несколько порезов, но самое глубокое было на спине, чуть выше одной из лопаток.

Кожа была слишком разорвана и простой повязки будет не достаточно.

Талия подняла глаза и увидела, что глаза Дэша сосредоточены на ней через зеркало над столом.

Она покачала головой.

— Ты действительно не пойдешь в медсанчасть?

— Я сказал, что всё в порядке. Я был ранен намного хуже этого, на Мел Тане в этом нет ничего особенного.

Она слегка нахмурилась, устав от его глупого упрямства, но потом заметила, как Дэш выпрямился на стуле.

— У тебя есть сломанные кости?

Он начал качать головой, отрицая, но потом признался:

— Может быть, несколько треснувших рёбер.

Гортанно промычав или прорычав, девушка приказала:

— Оставайся здесь. Я скоро вернусь.

— Что ты задумала?

— Я сказала, оставайся здесь.

Когда она покинула его комнату, быстро шагая по коридорам Резиденции, чувствовала непреодолимое желание свернуть ему шею.

Какой глупый, упрямый человек просто сидит и терпит боль, когда мог бы что-то сделать, чтобы чувствовать себя лучше?

Что, чёрт возьми, происходит с Дэшем?

В медицинском отделении, она попросила портативное медицинское устройство, которое могло бы справиться с большинством травм. Возвращаясь в комнату Дэша, Талия чувствовала себя менее раздраженной, больше обеспокоенной.

Дэш был не просто упрямым.

Он чуть не проиграл бой, когда ему этого не стоило делать.

Действительно с ним что-то происходило.

Когда Дэш впустил её обратно в свою комнату, он сидел на том же стуле. Талия подошла и запустила устройство по его телу, начиная с головы. Аппарат исправил поврежденную кожу всего за несколько минут, а затем занял больше времени, чтобы воздействовать на треснувшие рёбра.

Ей бы хотелось, чтобы Дэш погрузился в бессознательное состояние с помощью устройства. Когда Дэш был слишком упрям, возникал такой соблазн.

Он остался покрыт синяками, но даже аппарат не мог бы сделать большее для исправления этого.

Дэш сидел молча, когда она работала над его телом, но девушка заметила, как изменилась его поза, когда его раны были залечены и наступило облегчение от боли.

Когда она, наконец, закончила, то положила устройство на стол и пошла, чтобы смочить полотенце, которое использовала раньше. Прополоскав его, Талия снова начала оттирать его кожу, очищая от оставшейся засохшей крови и пота на лице и теле. Она чувствовала в себе странную нежность, когда мыла его.

Когда тишина слишком затянулась, девушка сказала:

— Видишь? Если бы ты сразу отправился в медсанчасть, мог бы почувствовать себя лучше спустя пятнадцать минут, а не двумя часами позже.

Его голубые глаза удержали её взгляд в отражении зеркала.

— Травмы были не так уж серьёзны, — хрипло сказал он.

— Но они были. Почему бы не сделать своё состояние лучше?

— Раньше у меня были раны намного хуже, на планетах без медицинских устройств.

Её глаза расширились.

— И что? Из-за того, что ты страдал раньше, теперь тоже надо страдать?

Он невидящим взглядом уставился в пространство комнаты.

Талия вдруг поняла, что для него так и должно быть.

Произнесённые ей слова были абсолютно верны.

Дэш действительно решил, что должен страдать. Часть его даже хотела этого. Он потратил годы, лишая себя самых основных удобств, лишая секса, да и любого другого удовольствия. Он хотел страдать.

— Дэш, — прошептала она, на грани слёз. Теперь он был в основном чист, и физическая боль, очевидно, исчезла, но он выглядел загнанным, разбитым, одиноким.

Она инстинктивно потянулась к нему.

— Не надо, — пробормотал он, отстраняясь от её рук.

Она долго смотрела на него, пытаясь понять, что может сделать.

Наконец Талия тихо спросила:

— Что случилось сегодня вечером во время боя?

Он выдохнул и повернул голову, чтобы снова встретить её взгляд. Затем слегка пожал плечами.

— Я… я потерял фокус.

Она не знала, что сказать, поэтому просто стояла и смотрела на него, едва дыша.

Через минуту он продолжил: