Что я несу?

— Пожалуйста… — просит Эльфенка.

Я впервые в жизни трахаю женщину языком… не в прямом смысле этого слова, и получаю от этого странное удовольствие.

— Хочу сжать твои соски зубами, пока ты не начнешь просить остановиться, а потом слизывать с них каждый твой вздох.

— Да, да, да…

Я ритмично двигаю кулаком, теперь уже с закрытыми глазами, и там, в темноте моего воображения, выдумщица сейчас подо мной: раскаленная, как вулкан, готовая для меня, и я почти чувствую, как ее пятки врезаются мне в спину, потому что ей нужно еще больше и еще глубже.

— Хочу попробовать тебя между ног, маленькая. Отыметь языком до твоего самого дикого оргазма. Лизать и сосать, чтобы ты тронулась умом в моей постели.

Я слышу, как она срывается: тяжело дышит, как будто ей не хватает воздуха — и издает длинный негромкий стон. И это как последний удар хлыста для моего оргазма. Этот звук в барабанные перепонки, от которого поджимаются яйца и теряется контроль.

Член становится до боли твердым. Мои движения почти бесконтрольны.

И пока в моем воображении я жестко вколачиваю Йори в постель, загоняя ей до самого основания, в реальности я с глухим стоном кончаю себе на живот.

Кажется, на несколько минут мы просто перестаем дышать. Лежим в полной тишине, в разных кроватях где-то очень далеко друг от друга, прижимаем к уху телефоны, как будто держимся за руки и прислушиваемся к тихим шагам. Что-то другое, новое и необычное прямо сейчас, украдкой как вор проскальзывает в нашу жизнь.

И самое тупое то, что я понятия не имею, что делать теперь? Если бы моя выдумщица лежала рядом, я обнял бы ее, прижал к себе так крепко, чтобы почувствовать, как она негромко охнет в ответ. Насладился ее смешными попытками удобнее устроить голову у меня на плече. Может, она бы забросила на меня ногу? Улыбаюсь, вспоминая ее фотографию в смешных полосатых носках. Эльфенка все время мерзнет, возможно, даже сейчас она в них.

— Ты в носках? — Совсем не те слова, которые нужно сказать женщине после виртуального секса. Хотя, откуда мне знать, какие нужно, если у меня это первый раз?

— В домашних теплых гольфах с резиновыми кошачьими лапами на пятках, — осторожно смеется в ответ выдумщица.

— Ты шутишь? Эти резинки же только на детских носках? — Вспоминаю, как первое время не мог понять, для чего эти штуки на Совиных носках, пока одна девушка из детского магазина не объяснила, что это что-то вроде противоскользящих предохранителей.

— Кто ищет — тот всегда найдет, — наигранно деловым тоном отвечает Йори.

— Маленькая, ты тоже учишься ходить и все время падаешь? — Теперь я уже смеюсь, представляя, как она спотыкается на ровном месте, приземляется на ладони, и ее пятая точка задирается вверх. Хммм… Пожалуй, нужно было притормозить там, где в моем воображении ее короткая юбка не задирается вверх, обнажая упругие ягодицы.

— Я большой мастер упасть даже там, где упасть в принципе невозможно.

Она возится, ненадолго пропадает и присылает мне еще одну фотографию. На этот раз — ножки в тех самых гольфах. Где-то на заднем фоне горит ночник, и в тусклом желтоватом свете я хорошо вижу пару сбитых колен. Одна ссадина частично спрятана за пластырем телесного цвета.

Понимаю, что девушка прислала мне фотографию пары симпатичных ножек, но, блин…

— Когда это ты?

— Вчера, в двух шагах от подъезда, буквально на ровном месте. Порвала любимые джинсы.

— Да хрен с джинсами, Эльфенка. — Я напоминаю себе, что мы просто переписываемся, и у меня нет моральных прав указывать ей, что делать, но все же. — А ходить не на каблуках ты не пробовала?

— Я не люблю каблуки, особенно в январе в гололед. — Теперь смеется она. — И даже в простых «дутиках» прекрасно падаю. Со мной постоянно что-нибудь случается, Фенек. Там, где ничего не может случиться в принципе, я нахожу сотню неприятностей на свою голову. Просто мы пока еще мало общаемся, и ты не успел узнать весь масштаб проблемы.

Как можно привыкнуть к тому, что у нее могут быть разбиты колени или, и того хуже, переломы?

— Все… хорошо? — осторожно, как будто проталкивает палец между прутьями клетки хищника, спрашивает Йори.

— Все отлично, Эльфенка. — Наверное, это совсем уж лишнее или не очень уместное в нашей ситуации, но я должен это сказать, раз уж фраза сама пришла в голову. — Мне хорошо с тобой.

— А мне — с тобой, — как эхо отзывается она.

Может быть, не так уж тупо хотеть найти повод предложить ей стереть эти полторы тысячи километров между нами?

Глава пятнадцатая: Йори

— Ты можешь хотя бы ради меня стереть это страдание с лица? — Наташа кривит губы, как будто изо всех сил пытается сдержать куда более резкие слова.

Она — моя лучшая подруга, и мы давным-давно не обижаемся, если вдруг приходится высказаться о наболевшем. А сегодня Наташа взяла на себя роль моей советчицы и защитницы, потому что мы обе приглашены на день рождения мужа Оли — третьего бессменного угла в нашем дружном равнобедренном треугольнике. И так уж получилось, что муж Оли — родной брат Кости. И, конечно, Костя тоже здесь будет.