— Обязательно получится. Может, тебе на нём и испробовать препарат?

Адела хищно оскалилась и потянулась за чем-то в сторону, а затем весело повертела в руке небольшим флакончиком.

— Почему и спрашиваю, не виделась ли ты с ним. У меня всё готово, осталось заманить зверя.

Я потрясённо выдохнула, даже слов не нашла, чтобы выказать своё восхищение. Я бы так точно не смогла.

— Слушай, а может, тебе сюда прилететь? Заманим Ли ко мне и ты его тут и попробуешь? — предложила я Аделе, но она скривилась и расстроенно сообщила:

— Отец запретил покидать планету. Я испортила ему лабораторию. Он ещё долго будет злиться на меня.

— Представляю, — понимающе протянула я, вспоминая сурового отца Аделы.

Он очень строго относился к своей дочери, пытался из неё вырастить достойную замену себе.

— Жаль, — ещё раз сочувственно вздохнула и решила обратиться к своей проблеме. — Слушай, мне тут сказали, что блокиратор, который прописывают полукровкам, опасный препарат.

— Я тебе это давно твержу.

— Когда это? — взвилась я, как ужаленная.

— Каждый раз, когда ты лежишь со стеклянными глазами и потолок гипнотизируешь. Земляне совсем вас не жалеют. Уже доказано, что из-за применения этого препарата полукровки решались покончить с жизнью. Только земное правительство не прислушивается к нашим ученым. И до сих пор продолжают выписывать его, как основной препарат для подавления сексуального возбуждения в период овуляции.

Я сидела, слушала подругу и понимала, что её надо непременно познакомить с моим телохранителем, им есть о чём поболтать.

— Вот оно как. И что мне теперь делать? — спросила я у неё, как у более опытного в таких вопросах специалиста.

— А что у тебя случилось?

— У меня активная фаза.

— Я заметила, — перебила меня Адела.

— А таблеток нет, — закончила я, несмотря на едкий тон подруги.

— Странная ты какая-то. Слушать зов природы и получать удовольствие. Только пожалуйста, не с Ли.

— А что такого-то? — вернула я ей насмешливый тон. — А вдруг он и для меня соблазнительный?

— Сомневаюсь, — пробормотала Адела, — тебе унжирцы не нравятся.

— Ладно, закрыли тему, — решила не ссориться с ней и тяжело вздохнула. — Просто есть тут один объект, к которому меня тянет, а таблеток нет. Боюсь, что сорвусь.

— Так сорвись, — не понимала моих метаний Адела. — Потом со спокойной душой пойдёшь проверять препарат на ши Трона. Должна же я знать, как он на манаукца действует.

— Не могу на Энди.

Даже представить не могу, что даю ему выпить препарат, зная, что где-то есть его возлюбленная. Неправильно это. Не по-человечески.

— Как я устала от твоих сомнений: хочу, не могу — не могу, но хочу. Определись! Реши для себя — хочешь или нет. Если да, то препарат в чай и вперёд завоёвывать для меня награды. Я же без данных не смогу сделать презентацию.

— Адела, мне кажется, тебе меня совсем не жалко, — обиженно буркнула.

Я же надеялась на понимание и сочувствие. Но и здесь меня ждало разочарование.

— А тебе меня? — сразу вскинулась подруга. — Я ведь тоже беспокоюсь, накроет тебя, а тут мой Ли на горизонте. Вас же объявили женихом и невестой. Переспишь с ним и всё, он просто обязан будет на тебе жениться! А как же я?

— Прости, я не подумала, — признала правоту слов Аделы.

— И ты прости. Это ты меня заразила своими земными чувствами. Ревность заела, не могу уже. Как представлю, что ты с ним…

— Брось, он мне не нужен.

— Зато ты ему нужна, — горько ответила Адела. — Ладно, пойду спать, а то совсем расклеилась. Держись, подруга.

— Спасибо, не унывай. Он обязательно станет твоим, — заверила я её, хотя в душе в это не верилось.

Как оказалось, очень сложно навязать свою любовь мужчине. Выключив комм, положила его на тумбочку, а сама переоделась ко сну и забралась под одеяло. Мысли крутились над словами Аделы. Она, как и я, не хотела нашей свадьбы с Ли. Пусть Таару и был красив, но меня нисколько не привлекал, а вот подруга с ума по нему сходила. Она знала про него всё, даже дневник наблюдения за объектом вела. Я бы не смогла со стороны наблюдать за всеми похождениями возлюбленного. От мысли, что у Энди есть любимая, плохо становилось. Невыносимо одиноко. Словно меня бросили, в очередной раз отвернулись, как от прокажённой.

Жибор

Мужчина лежал в темноте на диване в гостиной, прислушиваясь к тишине жилблока. Тихо работали турбины станции, словно пели колыбельную для спящих жителей. Альбиносу было непривычно жить где-то помимо родной планеты. Всё для него было новым и необычным. Душа Жибора всегда стремилась вырваться из плена, в котором приходилось проживать манаукцу со дня своего рождения. Он чувствовал себя рабом среди многих. Жизнь на Шиянаре никогда не была спокойной и размеренной, действие манны сводило с ума всех его обитателей.