— Невкусно? — тихий шёпот нарушил чарующий миг, и волшебство танца пропало.

— Что? — от неожиданности даже испугалась.

Я зажмурилась, чтобы не наорать на несносного манаукца. Вот надо было ему всё испортить. Я не понимала, как такая гора мускулов умудрялась ходить бесшумно, так незаметно. Обернувшись, я задрала голову, до того близко стоял альбинос. С мокрых коротких волос капала вода. Внимательный взгляд придирчиво осматривал меня сверху вниз. Одеться манаукец посчитал лишним, и он стоял, обернув бёдра полотенцем.

— Невкусно? — повторил он вопрос.

— Я не пробовала ещё, — пытаясь его не разглядывать, некультурно пялясь, развернулась опять к столу.

— Садись, — приказал манаукец и сам устроился за столом, предварительно отодвинув для меня стул.

Недовольно глядя, как он самовольно ведёт себя, я гордо села за стол. Надменно окинула его взглядом, кривя губы. Я здесь хозяйка, и он должен знать своё место. Желательно за дверью. Как бы его туда ещё выпроводить.

— А тебе не пора уходить? — спросила в лоб, чтобы не было недомолвок.

Слишком уж опасно по-домашнему выглядел манаукец у меня на кухне. Он занимал не своё место. Я мечтала не его видеть, а ши Трона. И скоро он будет завтракать со мной, и проводить ночи в моём жилблоке, или же я буду жить с ним. Тут уж как карта ляжет. Может, вообще, у нас будет общий жилблок.

— Нет, — лаконично ответил альбинос и приступил к завтраку.

Неприятное чувство резануло сердце. Он словно пророчил, отвечая на мои мысли, но я верила, что человек — кузнец своего счастья. Так что я не собиралась опускать руки.

Тяжело вздохнув, решила, что всё же пора предпринимать радикальные меры и как бы мне не хотелось звонить и беспокоить Викрама, но я это сделаю. Да мне даже без разницы, что обо мне он подумает, пусть. Главное, выставить из своего блока эту невозмутимую глыбу наглости и самонадеянности!

— Тебе с маслом или джемом? — ровным голосом уточнил альбинос, держа в руках тост и столовый нож.

Я промолчала. Комм я оставила в спальне, поэтому пришлось сходить за ним, заодно и бросить полотенце в стирку. Взяв с тумбочки свой коммуникатор, недовольно нахмурилась глядя на то, что рядом с ним лежали мои серёжки, которые я вчера надевала вечером.

Откровенный страх начал медленно захватывать моё сердце. Может, я себя и накручивала, но манаукец очень уж был аккуратным. Холодный пот пробежался по спине, когда я подумала, а не маньяк ли он?

— Ты долго? — крикнул альбинос из кухни, и я поспешила вернуться. Не хотела показывать того, что я его испугалась. Подумаешь, маньяк, у меня покровитель есть.

Когда вошла, заметила, что манаукец так и сидит с зажатым ножом в руке. Подавив в себе панику, как можно беззаботнее произнесла, садясь на стул:

— Я не хочу тост. И я не хочу видеть тебя в моём жилом блоке.

Старательно отводя взгляд, я набирала номер Викрама на комме. Но настырный альбинос, как назло, не дал мне закончить задуманное, поставив передо мной тарелку с двумя оладьями.

— Джем? — все так же спокойно спросил манаукец.

Закатив глаза, протяжно вздохнула.

Нет, это невозможно, когда он так спокойно ухаживает за мной. Словно мы знакомы не несколько часов, на лет. Вик трубку не брал, и мне ничего не оставалось, как положить коммуникатор в карман халата, надеясь, что покровитель мне перезвонит. Ведь должен он обо мне заботиться!

— Спасибо, — буркнула и решила позавтракать, раз так настойчиво об этом упрашивают.

Вооружившись ножом и вилкой, сама положила себе джем, игнорируя услужливого альбиноса. Надеюсь, он не думает, что таким способом уговорит меня на то самое продолжение, о котором упоминал в душе? Блокиратор уже подействовал, и ничего в нём меня уже не привлекало с точки зрения генетики.

Всё же манаукцы — это мутанты. Красивая задумка и отвратительный итог. Физически они безупречны. Настоящие воины: сильные, выносливые, практически неуязвимые. Но в любой бочке мёда есть ложка дёгтя. Вспыльчивый характер, непробиваемые в своей правоте. Если что-то задумали, переубедить невозможно. Единственный человек, который способен на это — моя сестра. Линда умела крутить своим возлюбленным как ей надо, и Викрам всегда стремился удовлетворить её любую прихоть. Я тоже мечтала научиться так делать. Ведь столько месяцев прошло, а ши Трона оставался всё также для меня недосягаем.

Ели мы в полной тишине. Но под таким пристальным взглядом мне кусок в горло не лез. Такое впечатление, что я у него вчера денег заняла, а сейчас разыгрываю амнезию, и он пытается понять, обманываю я его или нет. Достал!

Положила вилку и так же подозрительно воззрилась в ответ.

— Что? — с вызовом спросила, понимая, что молчаливое переглядывание вечно длиться не может.

Альбинос явно что-то хочет спросить. Он даже рот открыл для этого, но входящий звонок был, как всегда, вовремя.