И больше так продолжаться не может, я больше так не могу.

Я столько думаю о том дне… и до сих пор не могу понять, почему именно в тот момент я перестал быть невидимкой. Может, из-за дождя? Может быть, но все же…

Вот уже несколько дней один папа и одна мама задают бесконечный вопрос: что же случилось на самом деле? Им известна версия, официальная версия, которую они рассказывают всем, озвучивают родственникам, друзьям, журналистам… версия, в которой они сами сомневаются, но заставляют себя в нее поверить: это был несчастный случай, но, к счастью, все обошлось.

Но эти отметины на спине? В них вообще нет никакого смысла, они никак не укладываются в общую схему несчастного случая. Их так много, и, что самое главное, им не один день.

Они пока не решаются ни о чем его спрашивать, не знают, как подойти к этой теме. Возможно, они не готовы услышать ответы. Поэтому они прислушались к советам и передали все в руки психолога, чтобы тот смог добраться до истины.

Снова та же больничная еда без вкуса и запаха.

После нее наступает момент затишья, когда все вокруг замирает. Время послеобеденного отдыха, столь необходимое, особенно для моей мамы, которая практически не спит по ночам. Она говорит, что кресло слишком неудобное, но я уверен, что причина в другом, потому что она не перестает разговаривать во сне, шевелиться и даже плакать, как это было прошлой ночью. Мне кажется, у нее, как и у меня, внутри поселились монстры и она тоже не знает, как от них избавиться.

Пока она спит, я читаю комиксы, которые мне на днях подарил мой друг, и, хотя почти все они у меня уже есть, я перечитываю их заново. Мне нравятся истории про супергероев, я всегда мечтал стать одним из них, обрести какую-нибудь суперпособность… и в итоге получил сразу несколько.

И вот так, в дреме и чтении, мы коротали свой день, пока не раздался стук, вернувший нас обоих в реальность: ее – из мира снов, а меня – из моих приключе ний в небе.

Дверь медленно открылась, и вошел он: человек, кото рый спас мне жизнь.

Луна вошла единственным способом, которым умеет передвигаться по жизни, – бегом.

Она затормозила только перед самой кроватью, едва избежав столкновения. Она чуть не опрокинула капельницу и не вырвала иголку, воткнутую в мое предплечье.

Мама подхватила ее на руки и посадила рядом со мной на кровать. Она сидела и смотрела на меня странно, как будто не узнавая, хотя в этой пижаме, с головой без волос и лицом… что ж, я ее понимаю.

Луна – моя младшая сестра, которой только что исполнилось шесть лет и которая знает меня лучше всех на свете, хотя сама не догадывается об этом. А еще она единственный человек, который всегда, всегда, всегда мог меня видеть.

Странно, что в последние несколько месяцев я превращался в невидимку абсолютно перед всеми, но никогда – перед ней. Я много раз практиковал свои суперспособности дома и становился невидимым, сидя на диване, стоя в кухне или спускаясь по лестнице… и все шло прекрасно, пока не появлялась она. В этот момент мои способности пропадали: ей всегда удавалось меня отыскать. Она смотрела прямо на меня, улыбалась и бежала мне навстречу.

И еще только ей одной известно все, что происходило с первого дня. Возможно, именно поэтому во время несчастного случая только она пришла мне на помощь, только она смогла спасти меня. Хотя, конечно, в свои шесть лет она об этом даже не догадывается.

– Тебе больно? – спросила она, широко распахивая глаза.

– Да, но все уже прошло, – ответил я, беря ее за маленькую ручку.

А потом, не раскрывая рта, откуда-то изнутри, я сказал ей: «Спасибо». К горлу подступил комок, мне жутко захотелось заплакать и рассказать все как есть, рассказать маме про наш секрет.

Луна пришла навестить меня впервые с тех пор, как я тут оказался, и для меня это очень важно. Мама пыталась объяснить мне, что маленьким детям лучше не приходить в больницу, что они могут подхватить какой-нибудь вирус и поэтому Луна не может навещать меня так часто, как мне бы хотелось.

Мы с Луной посидели какое-то время вместе: я показал ей, как поднимать и опускать кровать при помощи пульта управления, нарисовал карандашом сердце на ее ладони, посмотрел вместе с ней рисунки в комиксах. Но ее посещение очень быстро подошло к концу, и где-то через час папа заявил, что им пора идти. Именно тогда она вдруг сказала что-то, о чем я уже позабыл.

– Я потеряла свою овечку…

– Ту, с черными пятнами на ногах?

– Да, эту.

– Не переживай, я знаю, где она, – ответил я тихо.

– Да?! – воскликнула она.

– Да, как только я выйду отсюда, мы ее найдем. – Я посмотрел на маму, а она на меня. И я увидел, что она чуть не плачет.

– Ладно, уже поздно, нам пора уходить, – прервал нас папа.

Луна поцеловала меня, папа поцеловал меня, а мама осыпала поцелуями Луну. А потом вдруг папа поцеловал еще и маму, и это было так странно, потому что дома они никогда так не делают. Мне кажется, после того, как я оказался в больнице, они стали любить друг друга как никогда раньше.