Что ж, услышав от Ган Гаяши, что развода добиться можно лишь с согласием обеих сторон, я уверилась, что для начала нужно сделать Глицинию довольной, счастливой по возможности, а затем и свободной от мужа. Как? Еще не решила, решение придет по ходу дела. А пока мы ждем Шпунько, я взялась за сад для императрицы. Во-первых: это возможность отвлечься от главной задачи, во-вторых: это радость Глицинии, в-третьих: пыль в глаза Гану. Сам же назначил на должность садового дизайнера.

Себастьян оплыл территорию на охранном идоле совместно с полу-лягушем Гассиро. И при помощи своей магии быстро соорудил мини макет с масштабом 1:100, Жакоромородот принес каталоги с растениями, годными для посадки. И вот стою на террасе нашего гостевого домика, смотрю на макет выделенного нам участка и вздыхаю с грустью.

Эх, мне бы Женьку сюда, а то мне фантазии на сад не хватит. Участок для него занимает гектары, сотни гектар подводного пространства, захватывает три глубокие расщелины, утес с пещерами и огромнейший кусок мертвого города. А еще в его центре образовалось огромное пятно грязи, еще невязкой и очень похожей на песок, который щедро высыпали в воду, а он, не осев на дно, застыл во времени и пространстве. Грязный коричневый с зеленым оттенком он не растворяется со временем, не оседает и может разойтись, как тучка, позволяя через себя проплыть, а затем смыкается опять в одну неподвижную песчаную субстанцию.

— Это что вообще такое? — удивилась я, ткнув в пятно пальчиком.

— Зарождающееся болото. — С поклоном сообщил слизень в броне. — Наш мир стареет и мельчает.

— Осыпается?

— Скорее тухнет. — Пояснил демон, рассматривая макет. — Ранее смена течений Дарави несла свежую воду, насыщенную микроорганизмами и молодыми плантоноидами, а теперь…

— А сейчас что, приносит их трупы? — ужаснулась я. — Или это отходы жизнедеятельности?

— Не отходы и не трупы еще… Ган издал указ, после которого ползучие чури для охраны территории, сбились в стаи на внешней границе, и перестали обрабатывать скальную крошку, чтобы извлечь микроорганизмы. Это, — демон указал на песчаную тучку, — живая масса спящих микроорганизмов и плантоноидов. Смена течений крошит живые скалы и разносит их по всему Гарвиро, но без должной обработки они оседают, накапливаются и, в конечном счете, становятся мертвым массивом.

— Погоди, а будь все по науке: с чури, с обработкой и очищением воды, во что они превращаются после смерти?

— В живые скалы с другой стороны мира. И опять идут в дело. — Добавил слизень, но, посмотрев на пятно, насупился. — Точнее шли… на очищение, осветление и насыщение воды вьевирами.

— Витаминами, — пояснил Себастьян.

— То есть без чури мир вскоре превратится в грязь?

— Не вскоре, еще несколько поколений проживет так…, а потом. — Тяжелый вздох Жакоромородота был более чем понятен.

— И с чего вдруг ползучих гадов направили охранять границы?

— Их посчитали экономически невыгодными работниками, — неуверенно произнес он. — Вначале заменили на скальное братство черышей, но те быстро выдохлись и вот…

— Понятно, так… — я хлопнула в ладоши, и пристально посмотрела на собеседников, — что с землицей делать будем?

— Я не знаю, — в голос ответили оба.

— Предлагаю спросить у Глицинии, чего бы ей хотелось, или дождаться Вестериона.

— Кстати о Весте, а вот и они. — Демон махнул рукой за мою спину.

Оборачиваюсь, а на полянку перед террасой опустились вначале ловцы в униформе Стука, затем зелен и вместе с ним трапециевидная капсула под два метра длиной из белого коралла с плотной структурой кружев. Из ассоциаций только одна вспомнилась — гробик цинковый. Оказавшись рядом, я с ужасом увидела бледного, седого, почти мертвого инкуба в белом костюме внутри белой камеры.

— Это что такое?! Это как вообще понимать? Что вы с ним сделали, ироды?!

На мои вопли приплыл довольный граф-рыб. Потирая плавники, ухмыльнулся:

— Доставили! Быстро, молодцы. — И крабовидные, перестав сжимать панцири от моего крика, защелкали клешнями в ответ.

— Галя, чего вы опять орете, он же только что из заточения. Из страшного четвертого мира. Войдите в его положение…

— Спасибо, я постою.

— Тогда в чем вопрос? — дипломатично спросил рыб, в чьих глазах явно плещется издевка.

— Я понимаю, у него заточение было сложное, я понимаю, что наше задание тяжкое, — сзади меня оказались демон и слизень, пришлось сдержаться от мата и сквозь зубы прошипеть, — но что же вы мне очередной полутруп доставили?!

— Я жив… — пролепетал белыми губами белый инкуб.

— Я вижу, как ты жив!

— Галя, что вас не устраивает? — ухмыльнулся Стук, — вы просили, его доставили, мои ловцы его доставили. Или вопрос не в этом? — я насторожилась, а граф-рыб медленно поплыл по кругу. — А в том, для чего именно вы его вызывали?

И вот тут меня осенила догадка, так они из него последние соки выпили и о стену головой пару раз стукнули, чтобы он оказался в непосредственной близости от объекта — то есть Глицинии. Умные головастики… А чтоб ему жена спать не давала!