– Да. Дома на столе лежит.

– Поехали смотреть.

– Ты ж не хотел в тех краях появляться…

– Надеюсь, мы никого не встретим, – ответил Даниель. – Я хотел бы взглянуть на это.

Цветок действительно был на столе, где и оставил его Марат. Точнее, не сам цветок, а то, что от него осталось. За время отсутствия Марата с ним случилась странная вещь.

Растение обуглилось, словно оно было бумажным и его бросили на угли потухающего костра. Оно лежало там, куда его положили, имело вид цветка, но было абсолютно чёрным. При этом ни сам стол, ни лежащие на нем предметы не пострадали от пламени, которое сожгло маленький анчар.

Даниель осторожно протянул руку, дотронулся до тонкого, словно паутина, лепестка, и цветок немедленно рассыпался в пепел.

***

Штоколов

Прошла неделя.

– Он мне не нравится, – вдруг сварливо заявил Аристотель.

Марат в полудреме лежал на диване. Мысли его были далеко, и это неожиданное заявление привело его в недоумение.

– Кто?

– Твой приятель. Любитель льдов.

– Даниель, что ли?

– Ну да.

Марат подавил смешок. У этого странного существа, которое жило рядом с ним, полузверя, полуробота, были вполне человеческие амбиции.

– Понимаю, он относится к тебе без должного уважения…

– Если бы я еще был обычным котом… – ворчал Аристотель. – Я мог бы простить дёрганье за хвост. Но он, к тому же, считает меня невеждой. Да в моей голове содержится столько информации, сколько вам всем, вместе взятым, и не снилось…

– Вот только ты ей пользоваться не умеешь, – невинно заметил Марат и с удовольствием стал ждать взрыва негодования, который немедленно и последовал.

Кот издал возмущённое шипение.

Даниель был единственным человеком, знающим, что представляет собой Аристотель. Впрочем, он не считал зверька мыслящим существом и не скрывал этого, что неимоверно бесило кота.

– Он обозвал меня “безмозглый мохнатый ходячий справочник”! – завопил Аристотель, выгнув спину.

– А это не так? – спросил Марат и сел на диване.

– Мя-а-а-у! Мя-а-а-у! Мяу!

– Это не аргумент.

– Ты же знаешь, какой я умный, – заявил кот, неожиданно успокоившись.

В ту самую секунду, когда Марат придумывал язвительный ответ, раздался негромкий стук.

Сердце ёкнуло. Молодой человек встал, не отрывая взгляда от двери, словно желая таким способом узнать, кто стоит за нею.

– Кто это? – тихо пробормотал он.

Кот молча моргнул.

– Надеюсь, нас не было слышно, – прошипел Марат и пошел открывать. Он был настолько уверен, что встретит на пороге Бернгарда, что изборождённое морщинами хмурое лицо Штоколова показалось ему самым прекрасным из всего, что когда-либо доводилось видеть.

– Ты держишь кота? – поинтересовался старик после краткого приветствия.

– Да, а что?

Аристотель прыгнул на стул и свернулся в клубок. С минуту Штоколов испытующе смотрел на него, словно забыв о цели своего прихода.

– Не люблю кошек, – заметил он.

Марат пожал плечами.

– Дело вкуса.

Он с трудом удержал улыбку, представив, как оскорблённый в лучших чувствах Аристотель вопит: “Я не кошка!”, но тот, разумеется, промолчал. Ну потом скажет.

– Мне показалось, я слышал голос.

– У соседей, наверно, – равнодушно сказал Марат.

– Может быть. – Старик прошелся по комнате, осматриваясь. – Скромно живешь.

– Как все.

В горле пересохло. Марат понимал, что эти незначащие короткие фразы являются лишь прелюдией, что сейчас старик предложит ему выбор, может быть, самый важный выбор в его жизни. Впрочем, он уже знал, что выберет, и волновался не потому, что его мучили сомнения, а потому что грядущий путь, тёмный, ненадежный и скользкий, страшил его.

Конец ознакомительного фрагмента.