— Ну вот, кажется теперь ты не дуешься. — оторвавшись от меня, произнёс он довольно, расплываясь в улыбке.

Я же несколько секунд стояла просто в ступоре. Ему хватает лишь одного поцелуя, чтобы я перестала соображать напрочь.

Ну разве ж это нормально?

Люди, что творится то! Похоже, что мое сердце сейчас просто выпрыгнет ему прямиком в руки!

Я сглотнула, пытаясь дать себе мысленных пощёчин, чтобы прийти в себя. Но выходило скажу я вам очень плохо. Правда спустя минуту, я все же произнесла:

— Уверена ты ко всем применяешься это своё "секретное" оружие.

— Представь себе, не угадала. — усмехнулся, внимательно посмотрев на меня.

— Не смей больше так делать! — порывисто произнесла, шлёпнув его по плечу, а затем зашагала вперёд. Но услышала вновь этот обаятельный смех.

Гаденыш!

— Эм, Мелиса…

— Что?! — выпаливаю, резко повернувшись назад, где стоял Стоун. Сейчас мне хотелось просто прибить его, как и кинуться в эти объятья, чтобы вновь почувствовать всю ту бурю эмоций.

Ох, боже…

— Просто нам в ту сторону… — закусив губу, видимо, чтобы сдержать смех, произнёс он, указывая на противоположную дорогу.

На долю секунды засмотрелась на то его обаятельное выражение лица, а затем плотно сжала челюсть и ладошки, образовывая их в кулаки. А затем гордо направилась мимо него, свернув уже в нужном направление.

Я шла и недовольно сопела, снова ругая про себя Стоуна.

Эти его действия — это же что-то нечто! Да разве ж можно вообще так делать?! Разве играть с чувствами — это нормально? Правда он не знает о моих чувствах, но все же.

Что, теперь на всех кидаться с поцелуями?!

Ух, как я зла. Так зла, что казалось каждая клеточка моего тела напрягалась и просто неистово пылала! Но больше всего я злилась вновь на себя саму! На то, что так тонко реагирую на каждый его выпад, а пора бы уже привыкнуть.

Оглядывалась по сторонам, пыталась хоть как-то отвлечься от непрошенных мыслей, когда на одной из улиц увидела золотого быка. Даже резко остановилась.

Вот это да!

— Говорят если потереть рога этого большого парня, то он принесёт тебе удачу и деньги. — вдруг услышала прямо рядом с собой голос Дилана. От чего едва ощутимо вздрогнула.

Снова так близко. И снова так ощутимо.

Боже, это становится пыткой.

Я сглотнула. И не глядя на него, зашагала вперёд, направляясь прямо к этой статуе.

Воу! Да он действительно большой парень! А какие рога! А хвост! Просто красавец!

— Давай, садись на него сверху. А я вас сфоткаю. — широко улыбаясь, говорит Дилан, кивая на спину быка, когда я вовсю тёрла его рога.

Ну, а что? Удача мне не помешает, да и деньги в принципе тоже… Ну в будущем, когда я буду обеспечивать себя сама.

— Я даже на него не залезу. — усмехаясь, качаю головой из стороны в сторону, когда Дилан вновь подходит так близко и склоняется, начиная шептать мне прямо на ухо:

— На меня ты залезла без особого труда, лисёнок. — так игриво и насмехаясь, проговаривает. Я же сжимаю губы плотней, пытаясь преодолеть необъяснимые мурашки по телу. — Давай, я подкину. — отходя от меня и становясь рядом с этим самцом, проговаривает.

Я хмурюсь на долю секунды, а затем усмехаюсь.

Ну а почему бы и нет?! Когда я ещё смогу оседлать такого быка?!

Подошла к Стоуну. Он тут же сложил свои ладошки в замочек.

— А силёнок то хватит? — насмешливо поинтересовалась я, выгибая бровь.

Он же так иронично мне улыбнулся, а затем сказал:

— Ну вот сейчас и проверим! — и такая ухмылочка.

Закатила глаза, а затем поставила свою ногу на его руки. Опёрлась об плечо, и сделала рывок вверх. Дилан же, быстро соображая подкинул меня вверх. В итоге я вскарабкалась на этого орангутанга.

— Ну что, как ощущения?

— Как у наездницы! — хохотнула я, сверкнув взглядом на парня.

Дилан улыбнулся мне и тут же отошёл, принимая удобное положение для моего фото.

— А улыбочка то будет?

— А больше тебе ничего не надо? — с долей сарказма спрашиваю, на что Стоун начинает покачивать головой.

— Правда, изобрази, например, ту же наездницу. Типа ковбоя! — вдруг произнёс Стоун, когда я ошарашено посмотрела на него, как бы говоря: «Прости, что?!». — Ну Мелиса, давай. А то фотка получается скучной. — так умоляюще смотрит, словно щенок, которого ну никак не хотят брать.