Моя мини-армия деловито готовится к битве.

Ощущая себя идиотом подхожу к вратам храма. Массивная каменная створка возвышается надо мной подавляющей громадой. Интересно, а как ее открывают?

Рядом нет никакой калитки.

– Эй народ, есть у кого какие-то идеи?

Армия хаоса бренчит и жужжит заклинаниями, выражая готовность закатать в брусчатку любого противника. Лица одухотворенные и придурковатые. С другой стороны, издеваться над начальством – неотъемлемое и освещенное временем право.

Тяжело вздыхаю и делаю то, что обычно не делают великие герои в пафосных книжках. Стучусь в дверь.

Многотонная створка распахивается, создав не хилую воздушную волну, которой меня засасывает во внутрь.

Не удержав равновесия, распластываюсь у порога храма.

Внутри пусто. Шесть огромных статуй стоят по углам и алтарь в центре.

Закованный в ледяные латы воин, видимо олицетворяющий Хлад стоит рядом со мальчишкой, чье тело словно соткано из неяркого света. Присматриваюсь и вижу, что свет – это куски прозрачного кварца, подсвеченные спрятанными факелами.

За ней следует статуя прекрасной обнаженной девушки, девушка словно живая и вообще статуя на ощупь теплая. Несколько листочков прикрывают самое интересное, давая понять, что в игре бывают и дети. Чуть позже до меня доходит, что статую из дерева. Отрываюсь от созерцания едва прикрытой груди и перевожу взгляд на следующую статую – Словно отлитая из не остывшей лавы статую воина, очень похожего на Хлад. Очевидно, что это Пламя. Статуя вооружена огромным молотом. Присматриваюсь внимательнее и вижу, что за спиной статуи Хлада приторочен двуручный меч. Дальше идет чернокожая красотка, изогнувшаяся в очень сладострастной позе. Из блестящего, словно облитого маслом тела, торчат шипы. Эта статую, к моему удивлению не прикрыта ничем и демонстрирует всем и каждому обнаженную грудь и ничем не прикрытое женское раскрытое, словно от возбуждения, женское лоно. Ощущая жуткую эрекцию, вглядываюсь в статую, чтобы понять, что тело статуи сделано из черного вулканического стекла.

Замыкает круг фигура в балахоне, под которым угадывается женская фигура. Лица не видно, из-под мантии выглядывает одна, словно светящаяся кисть и вторая, состоящая из одних костей. Из чего сделана эта статуя – не ясно, свет она практически не отражает.

Иду к центру зала, чувствуя, как за моим перемещением следят шесть тяжелых взглядов.

Эхо шагов улетает к бесконечному потолку.

В центре храма фонтан. Шесть бьющих источников по кроям фонтана смешиваются и в центре становятся совершенно прозрачной водой. При этом саму поверхность фонтана не искажает ни одно колебания и все превращения внутри самого фонтана происходят будто за экраном.

Над фонтаном постамент.

Немного пугает тишина, я ожидал что придется пробиваться с боем вырезать служителей, сражаться с аватарами… Хотя черт его знает, что будет дальше.

Поднимаясь на постамент, накачиваю себя, чтобы выступить с речью…

– Вы слышите меня? Вы меня слышите, боги этого мира! Вы думаете, что я пришел просить? Или требовать? Думаете мне нужна ваша власть? Ваши силы? Ваши дары и последователи?

Статуи не ответили.

– Я даже не возьму вас самих, ваши жизни для меня не имеют смысла. Бессмертные… В этом жутком мире настоящая смерть в цене, не находите это забавным? Там, за цифровыми границами этого мира люди ищут бессмертия, а тут сильнейшие жаждут смерти.

Мой голос звучал в тишине зала, зачаровывая даже меня самого.

– О нет, мои всесильные и бессмертные друзья. Я претендую на большее. Мне нужен ваш мир. Весь. До капли. И мне не нужны ваши жизни. Я возьму души. Думаете, все само пройдет? Очередные пустые слова безумца, что пытается поймать молнию? Тогда вот вам мое слово…

Я шел вдоль статуи принося «дары».

Пульсирующее сердце, из своей груди, брошенное в ноги Жизни, сплав адаманта и базальта, что неподвластен никакому пламени к ногам пламени, мочусь на подножие статуи Боли, букетик цветов для смерти, кристаллизованная плазма, парадокс гидродинамики, застывшее пламя, вещество повышающее энтропию при попытке его охладить падает к ногам ледяного гиганта.

В сторону светоносного юноши летит обычная сажа. Воздух можно резать кусками. Та же тишина, но густая, словно не свежая кровь.

Поднимаюсь на постамент и достаю последний «дар»

– Знаете, я долго думал то же такого принести на алтарь веры, что может ее осквернить. Не люблю быть банальным. Но знаете в чем ирония, этот мир создан благодаря разуму, разум его породил. Разум дал ему смысл и душу. Так что же может осквернить веру? Извратить ее постулаты? Ее смысл?

Раскидываю в сторону лапы кружась на месте.

– Казалось бы, сложный вопрос, ведь это чисто игровой момент – вера в богов, которые есть. Но мир, реальный, а не созданный цифрой, дал ответ. Невежество, невежество извратит все, к чему прикасается. Милосердие превратит в жалость, Борьба с недостатками становится комплексом вины. Любовь обернется разговорами о любви, а вера в вечное заставит невежд инвестировать в будущую жизнь.- Незримый ветер лохматит волосы.

– Казалось бы, все эти недостатки не возникнут, при живых то богах… Но я попробую! Так что друзья мои, приношу вам в жертву символ абсолютного знания!