– Том, – решительно обратилась я к своему спутнику, подходя ближе и протягивая ему автомат. – Идём наверх!

Не тратя ни минуты, я буквально побежала к лестнице.

– Зачем? – не понял Стенсбери, тем не менее, стараясь не отставать. – Ты что-нибудь заметила?

– Ничего не видно, нужен обзор получше, – терпеливо разъяснила я, неловко, но достаточно прытко забираясь по приставленной лестнице наверх.

Никакого излишества у входа на чердак не было, он представлял собой просто прямоугольный проём в потолке. Очевидно, хозяин, когда-нибудь в далёком и светлом будущем, собирался обустроить второй этаж и возвести здесь нормальную лестницу, но, по понятным причинам, не успел.

Ступив на запыленные доски чердака, я, к своей радости, обнаружила в стенах несколько довольно крупных не застеклённых окон. Побегав между ними, я выбрала самое удачно расположенное и замерла. После старательного осмотра, я наконец-то увидела движение…

– Вот зараза! – негодующе прокомментировала я увиденное.

– Медведь?! – несказанно удивился Том, пристроившись рядом.

– Да, тихо ты…

– Это же медведь! – возмутился моему спокойствию мужчина.

Да уж, давно я не видела такого живого интереса в глазах этого англичанина.

– Ну, медведь, и что теперь? – вздохнула я, наблюдая, как животное ходит прямо под разбитым мною окном, разгребая лапами осколки стекла и, время от времени, потягивая носом воздух.

– Как он здесь оказался?

– Оглянись – лес вокруг, – ехидно подметила я.

– Потрясающе! – Том смотрел на зверя восхищённо, будто никогда раньше не видел ничего подобного.

– Не разделяю твоего восторга, – мрачно пробубнила я себе под нос.

Судя по размерам, медведь был молодым. Обычный такой сибирский бурый медведь. Решившись, наконец, он тяжело плюхнулся на подоконник, сметая остатки разбитого окна, и заскрёб по кирпичной кладке задними лапами, старательно подтягиваясь наверх. С грохотом упала задетая им пустая бочка, которой я вчера успешно воспользовалась, и скатилась к крыльцу. Поняв в чём дело, я сдавленно простонала:

– На запах пришёл, гад!

– Какой запах? – живо поинтересовался Том.

– На запах тухлятины! – вознегодовала я, машинально хлопая себя по лбу. – Я вчера самолично это окно разбила, а там труп лежал. Вот и… ох, ты ж чёрт!

Информацию о трупе Том принял во внимание, но заострять на этой теме внимания не стал, вместо этого задав более насущный вопрос:

– Так он его сожрёт и уйдёт?

– Как бы не так…

Нервно усмехнувшись, я принялась прокручивать в голове все имеющиеся у меня знания об этих мохнатых, после чего уверенно заявила вслух:

– Медведи, особенно молодые, очень любопытны. Закончив с трупом, он может полезть в нашу машину…

– Зачем? – искренне не понял Том, теперь с явной опаской поглядывая на медведя, уже исчезающего где-то внутри здания.

– У нас там припасы, – простонала я. – Сейчас осень и он нагуливает жир. Людей сейчас нигде нет, вот он и не боится – лезет, куда душа пожелает. От природы они ленивы, и им проще наворовать то, что плохо лежит, чем охотиться. К тому же он запросто помнёт нам машину. Вскроет как консервную банку! Я уже не говорю о том, что он может додуматься полезть в дом, а двери и окна для него вынести – раз плюнуть!

Вняв моей нарастающей истерике, англичанин вопросительно посмотрел на автомат в своих руках и снова на меня.

– Нет, ни в коем случае! – тут же возмутилась я, понимая, к чему он клонит.

– Но, что мы тогда ещё против него можем сделать? – непонимающе развёл руками мужчина. – Не проще ли его застрелить, пока он в поле видимости?

– Он живучий как чёрт!

– В голову, – на редкость холодно предположил Том.

Очень странно было слышать от него такое предложение решения. Меня аж передёрнуло.

– Бесполезно. Ты когда-нибудь череп медведя видел? Мозг у них крошечный, чтобы в него попасть нужно сильно постараться. Особенно с такого расстояния, как у нас – пуля может просто застрять в кости и причинить ему, разве что, неудобство. К тому же… убийство – это не гуманно.

– Что? – не поверил Том своим ушам. – Не гуманно? Ты сказала не гуманно?! Сначала расписала во всех подробностях, чем он для нас опасен, а теперь говоришь мне, что убивать его будет не гуманно! Ну, надо же! Сначала собака, потом медведь…

– Не напоминай мне про собаку! – тут же зло ощетинилась я.

– Хорошо, – тяжело вздохнул Томас, на мгновение с силой сдавливая переносицу и возвращаясь к наблюдению за окном. – У тебя есть другой план?

У меня был другой план. Может, я не совсем была уверенна, что он подействует, но другого выбора у нас не было.

– Говорят, медведи очень пугливые…

Том внимательно посмотрел на меня, скептически приподняв брови:

– Говорят? То есть, ты не уверенна?

– Самой проверять, к счастью, не приходилось.