Матиас не отвернулся, когда ошметки головы змеиного отродья разлетелись в стороны и испачкали лицо. Он продолжал стрелять, пока не закончились патроны. Не остановился и после этого. Охотник откинул револьвер и достал еще пару бомб. Одну вскрыл наспех и засыпал содержимое в разорванное горло ведьмы. Следом затолкнул бомбу в отверстие шеи и поджег. Тело взорвалось, разнося то, что осталось от Корделии Фривуд по центральной улице Медного района. Но и тогда Матиас не успокоился. Он отыскал части побольше, нашел нескольких змеиных голов, что еще противно дергались и собрал в небольшую кучу, которую поджег.

И только после того, как в ночное небо поднялся небольшой столб зеленого пламени он позволил себе прислониться к стене соседнего дома и тяжело осесть на землю. Все тело болело, а глаза закрывались. Охотник победил высшую ведьму, но было ли этого достаточно? Матиас не знал, не мог знать. Он закрыл глаза и позволил сну унести его мысли далеко, в старый Годфелл, во времена детства. Когда его мама и сестра еще были живы.

Охотник не почувствовал, как из домов стали выходить люди и оцеплять место их битвы неровным кольцом. Жители Тарнема смотрели на горящие останки высшей ведьмы и восхваляли Всеотца. Несколько мужчин подошли к Матиасу и бережно подняли его на руки. Он безмятежно спал, с неугасаемой улыбкой на лице. Крепкие руки унесли охотника в сторону одной из гостиниц Медного района, где он мог бы отдохнуть. Жители думали, что на этом битва закончилась. Никто не знал, что происходит в Стеклянном районе, отрезанном от всего Тарнема густым туманом Игнем Санктум. Жители города праздновали победу над змеязычниками, танцуя и распевая песни вокруг зеленых костров, горящих по всему городу.

День 12ый весеннего круга 214 года Р.С.

Тарнем, Стеклянный район

Родерик и Борис шли медленно, стараясь уловить малейший шорох. Игрин держался сзади и нес тяжелую сумку, которую передал ему Родерик. В район они пробрались без боя, одна из бомб удачно взорвала массивные ворота, ограничивавшие дорогу в район. Как только огонь сменился туманом охотники смогли беспрепятственно проникнуть внутрь. Некоторые ведьмы сгорели во время взрыва, многие умирали от тумана. Об этом свидетельствовали нескончаемые крики и мольбы о помощи. Родерик почувствовал ровный азарт охоты. Нельзя было праздновать победу, еще было слишком рано. Но рискованный план сработал — высшая, которая, возможно, могла бы разогнать туман используя свои силы, или хотя бы помочь переместить ведьм из Стеклянного района на безопасное расстояние — была занята Матиасом. Родерик надеялся, что друг выживет, а может даже сможет убить Корделию. Но даже если потерпит поражение, это будет уже не так важно. К тому моменту, как высшая ведьма вернется в сердце Тарнема — Борис и Родерик уничтожат ее ковен. И всех остальных змеязыких, что подчинили себе город.

Охотники надели специальные маски, защищавшие дыхание от действия тумана. Для человека туман был безвреден, но вгонял в глубокий долгий сон. Тогда как ведьмы, лишь коснувшись его — начинали медленно и неотвратимо умирать. Свидетельства действенности тумана доносились со всех концов Стеклянного района. Игнем Санктум "пожирал" змеязыких, двигаясь к центру, туда, где стоял фамильный особняк Эшлендов. Туда, где неминуемо должна была состояться финальная битва между охотниками и ведьмами. Но сначала необходимо было зачистить все вокруг.

Охотники медленно двигались по главной улице, прислушиваясь и улавливая мельчайшие звуки. Тогда один из охотников отправлялся в дом, убивая всех, кто вставал у него на пути. В этом была страшная правда обряда Игнем Санктум. Охотники щадили лишь тех, кто безмятежно спал на земле, убивая остальных, противящихся туману. Змеязычник или простой человек — охотники не делали различий. Лучше бить наверняка, чем сожалеть об ударе в спину. Люди молили их о прощении, ведьмы проклинали и старались убить. Их топоры не знали устали, обрывая жизни змеязычников и простых людей в эту ночь. Они помолятся за их души и попросят Всеотца простить невинных. Но это будет потом, под утро. Сейчас же Борис и Родерик несли смерть. Быструю, эффективную, неизбежную.

Игрин чувствовал, что скоро упадет в обморок. Дышать в этой маске было слишком тяжело, ноги подкашивались и громила не раз ловил себя на мысли, что мечтает сорвать маску и перестать сдерживать тошноту, которая уже давно подступила к горлу. Все же он продолжал упрямо следовать за охотниками, сжимая топор со странными письменами. Ему вручили это оружие и объяснили, как использовать "крики". Они доверяли ему и Игрин не собирался предавать такое доверие. Они не заставляли его заходить в дома, но он все же слышал крики и мольбы людей, когда топоры охотников отправляли их на суд к Всеотцу.

Охотники двигались небольшими участками, извилистым путем, стараясь охватить как можно больше домов. Кому-то наверняка удастся спрятаться, но это неважно. Всегда кто-то выживает, главное победить высшую и уничтожить сердце ковена. Поместье Эшлендов — вот их основная цель. Там будут сосредоточены основные силы ковена, скорее всего именно там они встретят Эдгара Фон Рейнса.

Огромный дом Эшлендов показался в конце дороги. Они вышли на главную улицу. Игрин указал на дом и охотники кивнули. То, что они слышали, похоже было правдой. Эшленды были центральным ковеном Тарнема, а значит и самой многочисленной силой. Откуда-то справа раздался женский крик, Борис повернул голову в ту сторону, прислушался и побежал в сторону звука. Родерик увидел, как он вышибает дверь ногой. Охотник повернулся в другую сторону, рассматривая соседние дома, надеясь услышать или увидеть еще кого-то, и почти сразу услышал сдержанный крик. Сверху, совсем рядом, звук доносился из вычурного дома, окрашенного в белый и золотой цвета. Он увидел женщину, отпрянувшую от окна сразу, как их взгляды встретились.

Трехэтажный особняк, входная дверь разломана на части и сорвана с петель. Человеку такое не под силу — значит постарались змеязычники. Родерик невесело усмехнулся. Они старались не использовать "крики" раньше времени, но это не означало, что их использование запрещено. "Крикам" необходимо было время, чтобы восстановиться, поэтому охотники берегли их для опасных сражений.

Родерик был уверен — все ведьмы будут в одном месте. Это их основной инстинкт — сбиваться в мерзкие змеиные клубки и противостоять охотникам. Так они поступали всю историю их противостояния. И в этот раз он не ошибся. Второй этаж был не тронут, тогда как на третьем были распахнуты несколько дверей. Родерик пригнулся и ринулся в одну из комнат, окна которой выходили как раз на улицу. Удачно. Одна из ведьм использовала особое заклинание, которое превращало кровь змеязычницы в опасную, острую субстанцию. Подобно хлысту кровь из пальца женщины просвистела над Родериком разрезая дверной проем и царапая стену. Родерик выпрямился и снес ей голову не думая останавливаться. Цепкий взор оценил обстановку в одно мгновение. Всего четыре ведьмы и один мужчина. Отступник? Выглядел слишком холеным, чтобы быть охотником. Голова ведьмы упала на пол. Осталось три ведьмы и мужчина. Двое других встали на его пути, закрывая мужчину и одну из своих сестер. Та принялась читать длинное заклинание — видимо она была сильнейшей из них. Они пытались задержать его до того, как она завершит сложное заклинание, гарантирующее им победу. Нельзя было терять времени.