"Вот это конец, – думал Кир. – Орангутанг насторожился. Сейчас он заставит нас танцевать в паре с Мишаней, тода пиши пропало".

Спасение неожиданно пришло со спины. Кир почувствовал болезненный толчок. Он обернулся и увидел азиатку.

– Пойдём танцевать, – в низком прокуренном голосе слышалась не просьба и даже не вопрос. Это был приказ!

Сейчас Кир был рад и такой паре, поэтому с удовольствием согласился с настойчивым предложением.

Азиатка была крупнее и выше его на полголовы, так что он чувствовал себя танцующим в объятиях медведя. Но ему сейчас было гораздо легче, чем Мишане, который одиноко покачивался в центре подиума . Его спасало одно обстоятельство. Во время медляков, откуда-то сбоку начинал валить густой белый дым, который скрывал всё происходящее на подиуме, поэтому Мишаня скоро потерялся в этом дыму, как ёжик в тумане.

Азиатка бубнила Киру на ухо, что она сама из Уфы, а в Ё-бурге учится, что пришла сюда с подружкой, но та не танцует, что неплохо бы вместе посидеть. Кир что-то отвечал и многое невпопад. Его сознание заполняла одна единственная мысль: "Как выбраться из этой ямы целыми".

Под белые розы "Ласкового мая" танцпол взорвался. Народу стало столько, что негде былопротиснуться. Кир и Мишаня кривлялись рядом и теперь могли спокойно поговорить.

– Вот это попадос! Надо линять отсюда. – Серьёзный тон Мишани не вязался с теми нелепыми движениями, которые он производил.

– Ясно, что надо, только как? – Кир активно перебирал ногами под музыку. – Они сидят у самого выхода, по любому кто-нибудь спалит. Да и верзила этот на входе…

– Я был в туалете, там окно есть, можно через него. Туалет как раз сзади подиума…

– Без одежды? На улице тридцатка. В своей олимпийке ты уже через пять минут превратишься в сосульку. – Кир обречённо вздохнул.

Брутальный голос солиста "Депеш Мод" перенял эстафету. Кир пытался совместить тяжёлые раздумья с движениями в такт музыке. Внезапно он ощутил толчок в спину. Перед ним стоял долговязый мерзкий тип в кепке, один из тех, что пришли с орангутангом.

– Как танцуется, петушки? – осведомился он, ощерив фиксатый рот. – Танцуйте, пока танцуется. – Он больно поддел Кира в бок локтём и направился к блондинкам, которые снова танцевали вокруг сумки.

– Слушай Кир, давай забьём и не будем танцевать. Пошли они на хуй! Уж лучше смерть чем такой позор. – Мишаня стал двигаться гораздо пластичнее.

– А если это будет смерть через "Куки-Руки"? – Кир задумчиво повторял фразу из известного анекдота, в котором дикари поймали двух туристов и предложили им выбирать смерть, или "Куки-руки". Один из туристов выбрал экзотический обряд. Тогда всё племя, включая вождя, отымело его в задницу. "Лучше смерть" – сказал второй. И тогда вождь постановил "Ты приговариваешься к смерти через "Куки-руки".

Сейчас этот анекдот, вместо того чтобы вызвать смех, породил у друзей ряд печальных ассоциаций. Кир был больше склонен к третьему варианту: смерти от холода.

– Нужно валить через окно в туалете, когда в следующий раз пустят дым – решительно сказал он Мишане.

– Дым пускают во время медляков, ждём следующего и валим. – Оживился Мишаня.

Песня закончилась, и друзья напряженно ожидали начала следующей композиции. Услышав первые аккорды песни Уитни Хьюстон из фильма "Телохранитель", Кир дал знак другу, чтобы тот приготовился. Вдруг перед ним горой выросла азиатка.

– Пойдём? – она протянула к нему свою здоровую лапу.

Кир попытался сказать, что лучше в следующий раз, но вопрос азиатки снова оказался риторическим, и она сходу сжала тиски своих крепких объятий. Кир подал мимический сигнал Мишане, который начинал волноваться "Мол ничего страшного, всё в силе". Они немного потанцуют, а потом он скажет ей, что срочно захотел в туалет. Так их исчезновение станет ещё более внезапным и незаметным.

Перед тем, как облако дыма поглотило всё вокруг, Кир заметил, что блондинка срывается с подиума, оставив свою сумку на полу. "Забыла что ли?" – подумал он, но потом понял, в чём дело. Блондинка подошла к дивану, где сидел орангутанг, схватила его за руку и потащила на танцпол.

"Этого ещё не хватало", – подумал Кир, натянуто улыбаясь азиатке.

Их пары танцевали недалеко друг от друга, и Кир, не смотря на плотный дым, всё время находился в поле видимости орангутанга, который время от времени бросал на него хищный взгляд из за плеча партнёрши. Сейчас о побеге не могло быть и речи.

Под мягкий, переливающийся голос Уитни, и беспрерывный бубнёж азиатки Кир вынашивал новую идею, которая внезапно пришла ему в голову. У него появилась мысль, благодаря которой они могут избежать смерти от братков и от холода. Вдохновлённый этой мыслью он ожил и даже что-то отвечал азиатке.