За те дни, недели и даже месяцы, что я практически жила в их доме, муж Элли лишь улыбался мне. А на Блэка он смотрел так, будто видел в нём угрозу своей жизни и семье.

— К чему всё это было? — спросила я, переводя взгляд между Элли и Блэком.

Элли выглядела слегка раздражённой, но Блэк фыркнул, наградив меня тяжёлым взглядом.

Когда я уже решила, что ни один из них ничего не скажет, Блэк низко прорычал:

— Великий Syrimne d’Gaos считает, что я Дракон, — сказал Блэк, бросив на Элли такой же раздражённый взгляд, затем посмотрел обратно на меня. — И видимо, по какой-то причине это означает, что я украду его ребёнка. И его жену.

— Дракон? — я хмуро переводила между ними взгляд. — Что это значит?

Воцарилось очередное молчание.

Затем Элли издала удивлённый смешок, уставившись на Блэка.

— Ты ей не рассказывал? — спросила она. — Твоя жена не знает о посредниках? О Пантеоне?

Блэк хмуро посмотрел на неё, тыкая похожей на копьё вилкой в мясо и овощи, которые приготовил для него кузен. Слегка рассмеявшись и щёлкнув языком при виде выражения на его лице, Элли закинула в рот похожий на виноград фрукт и раскусила его задними клыками.

— Это вроде как уморительно, — сказала она, всё ещё улыбаясь.

— Вот как? — теперь уже я хмуро уставилась на неё. — И почему же?

Элли повернулась, переводя на меня взгляд своих нефритово-зелёных глаз.

— По двум причинам, — сказала она, проглотив фрукт. — Во-первых, всё это время мы говорили с тобой, предполагая, что ты это знаешь. А во-вторых, — она адресовала эту улыбку Блэку. — …Мы оба давно уже поняли, что вы должны быть кем-то из существ пантеона. Вы оба, но особенно ты, Мири.

Кивнув на Блэка, она добавила:

— Мой муж повёл себя не очень вежливо, но у него есть свои причины. И он не ошибается. Ты действительно выглядишь как Дракон. Не в точности как он, конечно… Дракон, которого мы знали, был совершенно безумен. Но ты имеешь в своём свете кое-какие очень похожие маркеры.

Блэк нахмурился.

Закончив со своим ланчем, он оттолкнул миску и посмотрел на хозяйку дома.

— Уж извини, что спрашиваю, — хмуро произнёс Блэк, глядя на неё. — Но что с того-то?

Элли признала его правоту взмахом руки.

— Ну, — сказала она. — В «что с того-то» и заключается самое интересное, брат, учитывая, что такое Дракон. Но если отмахнуться от этого на минутку…

Она поколебалась, взглянув на меня, затем во второй раз сделала этот жест, напоминающий пожатие плечами.

— Дракон — отец моего сына, — сказала она будничным тоном.

Я нахмурилась, переводя взгляд между Блэком и Элли.

Долгое время никто из нас ничего не говорил.

Затем моё недоумение переросло в откровенную злость.

— Что? — переспросила я.

***

Мы все приготовились отправляться в город.

По правде говоря, я совершенно вымоталась.

Большая часть меня хотела проспать несколько часов в их гостевой комнате, но Элли уговорила меня не рисковать возвращением меня и Блэка на нашу версию Земли, поскольку сон в условиях стресса спровоцировал несколько прыжков и с этой Земли.

Она очень хотела, чтобы я встретилась с той видящей, Зарат.

Теперь они с Ревиком очень хотели, чтобы Блэк тоже повидался со старейшинами.

Муж Элли вернулся домой с сыном, может, через час, и к тому времени мы с Блэком и Элли сидели в их гостиной. Элли объясняла, что их сын, Нэрик был зачат через изнасилование существом, которое также называло себя Драконом, и чей свет — или душа, или как угодно называйте — пребывал в клоне ДНК Ревика.

Блэк большую часть истории таращился на неё так, будто она нам лапшу на уши вешала.

Однако он не прерывал её и не переставал слушать.

Странно, но дочь Элли и Ревика, Лили, похоже, тоже была очарована Блэком, несколько раз подходила и просто пристально смотрела на него.

— Отвянь, — наконец рыкнул на неё Блэк.

Я слегка поразилась, но малышка лишь рассмеялась.

Затем она подошла к нему и обняла, обвив ручками его шею.

Я тоже понятия не имела, как это воспринимать.

Когда я посмотрела на Элли, вскинув бровь, она лишь пожала плечами. На её лице, похоже, тоже воевали веселье и озадаченность.

— Ну же, Лили, — сказала она. — Оставь его в покое.

Лили выпрямилась, но тут же захихикала, посмотрев на Блэка.

— Он не против, — объявила она. — Он только притворяется угрюмым, — взглянув на маму, она добавила: — Он ведь папочкин кузен, верно? Значит, он семья. Почему я не могу обнимать его?