— Андрей, извини пожалуйста, — говорю, выходя из комнаты. — Что-то нервы шалят. Психанул.

— Ладно, — отвечает он, — бывает. Сам чуть не сорвался. Ты бы лучше у нашего паладина прощенье просил, вот ей действительно обидно. Она столько времени с тобой возится, выхаживает. Себя винит за то, что вовремя не смогла зажечь. Иди.

Запал злости прошёл так же быстро, как и появился. Девушка сидела на скамейке, спрятав лицо в руки. Её плечи тихонько вздрагивали время от времени.

— Лен, прости меня пожалуйста, — сажусь я перед ней на корточки. — Прости, что сорвался, накричал.

По идее, её нужно сейчас обнять. Я не святой и ничто человеческое мне не чуждо, вот только, если проявляю к кому-нибудь свои симпатии, то проявляю искренне, надеясь на взаимность и длительность таких отношений. Как в случае с Ингой. Проявлять подобные чувства к другим девушкам просто не позволяет совесть. Да, она у меня имеется и временами напоминает о себе. Заставлять страдать других из-за своего эгоизма считаю несправедливо. Конечно хорошо было бы иметь гарем. С одной стороны. С другой — нафига мне лишние проблемы?

Тем временем, Лена вытерла слёзы и встала. Спешу последовать её примеру.

— Извинения приняты, — нос и глаза красные, веки припухли. Всё равно симпатичная. — Нам нужно найти Олега. Он где-то на стене должен быть.

Надо, так надо. Тем более сам хотел с ним переговорить. Киваю и жестом уступаю ей дорогу.

Мы молча идём в донжон, поднимаемся на второй этаж и заходим в большую овальную комнату с круглым каменным столом посредине. Наш лидер сидит в кресле за столом, рядом с ним двое союзников. Увидев нашу процессию, союзники вышли из комнаты.

— А вот и наш герой самоубийца! — восклицает Олег, когда мы приближаемся к столу. — Как спалось?

— Скажи мне лучше вот что, — перехожу в атаку, пока запал не иссяк. Или пока не психанул. — С какого перепугу за мной такой надзор установлен, что даже в сортир не дают одному сходить?

— Я лишь выполняю просьбу одного хорошего человека, — нахмурился собеседник. — Мне самому такая опека не очень по нраву, но ты ведёшь себя как обезьяна с гранатой. Не знаю что ожидать от тебя в следующий момент. Вот что-что, а такого поступка не ожидал от тебя. Неужели необходимо было лезть вперёд? Нельзя было подойти к Елене и помочь ей там?

— Признаю свою ошибку. Просто то место было самое ближнее, — прокашлявшись, дополняю: — Я требую, чтобы ты сейчас же освободил людей от своего приказа о неусыпном надзоре.

— Сначала пообещай мне, что не выкинешь ещё какую-нибудь выходку, в результате которой можешь лишиться головы… — он на секунду замолчал, видимо раздумывая, дополнять или нет, — или какой другой части тела.

— А если я прямо сейчас выйду, поднимусь на стену, а затем сигану вниз, прямо в объятия рептилоидам?

— Значит Лена и Андрей последуют за тобой, — Олег постучал пальцами по столу и дополнил: — А затем и вся оставшаяся группа.

— Но почему?

— Потому, что без тебя нам здесь делать нечего. Наша задача — помогать тебе, прикрывать, защищать. А если ты занимаешься самоубийством, значит и нам положено заниматься тем же.

— Так это что получается? — недоумеваю я. — Все решили забить болт на пленных соплеменников?

— Не все, — отвечает Олег, потерев глаза. — Мы же с тобой. А ты нацелен на освобождение. Значит наша текущая задача освободить как можно больше пленников и доставить их домой. Ну или просто в город.

Что-то пиликнуло, я заозирался, в поисках источника звука, затем заметил на периферии зрения почтовый конверт. Открываю. Сообщение от Цкист:

“Маклен. Привет. Хорошо, что запомнил твой ник. Оказывается у нас теперь имеется некий аналог аськи — почта, служба доставки мгновенных сообщений. Нужно только знать никнейм. Твой я запомнил во время создания пати. О чём же я хотел написать? А! Вот о чём: у нас в городе проблемы с зомбаками и гномами. Последние обрушили ряд многоэтажек и по развалинам прошли внутрь города. Твоя квартирка накрылась, вместе с вещами. Но это ещё не всё. С зомби непонятки творятся — снесли наш пост, связали отряд, никого не убив. И ушли. представляешь? Просто ушли из города. Ребята говорят, что видели больше сотни зомбаков различной степени разложения. Некоторых не отличить от людей. И они несли с собой разорванные тушки гномов. Нас остаётся всё меньше, поэтому поторопитесь. Нам удалось выбить гномов из города, за исключением Широкой улицы. Так что если надумаешь умирать — не советую. Не факт что возродишься, да и к гномам в лапы попасть — сомнительное удовольствие. Удачи Вам! Не погибайте.

Чуть не забыл. Вы там мои шмотки приберите! Никак не могу найти себе оружие лучше того, с каким был в вашей группе. Как прибудете к порталу — отпишитесь. Встречу организуем”.

Пришлось прочесть это сообщение вслух.

— Вот бл@дство, — ругается Олег и ударяет кулаком по каменной столешнице. — Только этого нам и не хватало. Сумели обрушить те дома, смогут обрушить и другие. Такс. Давайте думать, как ускорить события?

— А что тут думать? — говорю, пытаясь потрогать банку с шаровой — такая привычка успела у меня появиться, но культя не лезет в карман. — Пока рептилии тут суетятся, мы проникаем к ним, забираем пленников и все дела.