Я не дослушал, и начал набирать Лесю.

– Привет! Соскучился? – ответила она.

– Очень! Ты где? – спокойным голосом поинтересовался я.

– На студии. Минусовки доделываем.

– Лесь, тут такое дело, на меня около нашего дома напали…

– С тобой всё в порядке? – перебила она меня.

– Да, всё в порядке. – попытался я её успокоить. – Выслушай меня до конца!

– Хорошо.

– Пока неизвестно, кто это был, но тебе в этом доме оставаться опасно. Будь пока на студии, никуда не уезжай, сейчас я дам трубку Прохору, он вышлет к тебе охрану, а я наберу тебя попозже. Договорились?

– Да, Лёша.

Пока Прохор разговаривал с Лесей, район оцепляла полиция. Видя, что четыре мужика спокойно стоят и убегать не собираются, первый подоспевший к нам экипаж не начал орать в матюкальник: «Руки в гору! Всем лежать! Сейчас будем стрелять!», а из машины осторожно вылез прапорщик, держа автомат таким образом, чтобы вскинуть его одним движением, и поинтересовался: «Что произошло?» Ведение переговоров взял на себя Прохор. Услышав, что произошло нападение на Род Пожарских, а вот стоит сам молодой князь Пожарский, полицейский расслабился, вернулся в машину, схватил рацию и начал по ней с кем-то переговариваться. Видимо, получив исчерпывающие инструкции, прапорщик вышел к нам, попросил никуда не уходить до приезда начальства, а сам, с напарником, начал разматывать красно-белую ленту, обозначая границы «места преступления», привязав её к стене соседнего дома. Этим же занялись и экипажи, подъехавшие с другой стороны улицы, тем более, что развороченная проезжая часть с тротуарами говорили сами за себя.

Через двадцать минут, с сиренами и мигалками, подъехал целый кортеж из машин руководства московской полиции – генерал Орлов Григорий Васильевич с заместителями, младший брат моего начальника по Корпусу. Быстро сняв с нас устные показания, генерал отвёл меня в сторонку.

– Алексей Александрович, мне брат звонил. Сказал, что этим делом будет заниматься Корпус, а мы на подхвате. Так что кроме жандармов ни с кем не общайтесь. Договорились?

– Да, Григорий Васильевич. – кивнул я.

– Вот и славно! – улыбнулся он. – «Ниву», кстати, нашли. Через два квартала отсюда, в одном тихом дворике. В багажнике много крови. Криминалисты уже работают.

– Спасибо, Григорий Васильевич. – поблагодарил я его за информацию.

Он мне кивнул, позвал заместителей, и они отправились рассматривать все повреждения, нанесённые дорожному покрытию и домам неизвестными злодеями.

Ещё через десять минут подъехали три обычных микроавтобуса «Газель» с работающими съёмными мигалками, из которых посыпались бойцы с АКСУ в камуфляже с надписями «Спецназ» на спине. Следующими повылезали пять мужчин в костюмах, последним спрыгнул на целый асфальт полковник Орлов. Не успел он сделать ко мне и пары шагов, как в конце улицы появились три автомобиля – две «Чайки» и «Волга». Из первой «Чайки», с гербами Романовых, к моему немалому удивлению, сначала вылез мой дед, в чёрном костюме, но без галстука, а с противоположной стороны машины появился высокий подтянутый старик с седой головой в костюме-тройке тёмно-фиолетового цвета, в котором я узнал Великого князя Владимира Николаевича, младшего брата Императора, московского Генерал-губернатора.

Все присутствующие при появлении члена Императорского Рода вытянулись, и забыли как дышать, а руководство московской полиции быстрым шагом, насколько позволяли щебень и куски асфальта, спешило на доклад с другого конца завалов на дороге. Первым сориентировался полковник Орлов:

– Ваше…

– Подожди, Иван Васильевич. – махнул рукой Великий князь. – Давай брата твоего дождёмся.

Отмахнулся он и от младшего Орлова, после чего к ним подошёл «чёрный» - неизвестный мне по имени сотрудник Тайной канцелярии, прибывший на «Волге» вместе с Великим князем.

– Виталия Борисовича вам представлять не надо, он будет курировать расследование. – Орловы кивнули. – Удачи, господа! – после чего повернулся к моему деду. – Бери внука, Миша, пойдём смотреть на это безобразие…

Примерно на середине завалов Великий князь остановился и обратился ко мне:

– Давай, Алексей, рассказывай и показывай.

– Ваше…

– Для тебя – Владимир Николаевич. – разрешил он.

– Владимир Николаевич, я вышел из парка в этом месте…

Рассказав и показав Великому князю всё, что знал и видел, стал ждать его реакцию. Я-то точно в произошедшем не был виноват.

– Миша, забирай-ка ты внука, и езжайте в Жуковку, от греха подальше! А мы уж тут как-нибудь сами разберёмся.

– Хорошо, Володя. – кивнул дед.

– Но перед этим давай позовём Виталю, может у него какие вопросы есть…

Вопросов у Виталия Борисовича не было, и мы с дедом, попрощавшись со всеми, загрузились в «Чайку». Моя робкая попытка оправдаться перед Главой Рода в очередных доставленных неприятностях, вызвала неожиданную реакцию деда – он потрепал мне волосы на голове, улыбнулся и сказал:

– Ты здесь точно не при чём, Лёшка! – после чего надолго замолчал.

А когда мы уже подъезжали к Жуковке, заявил в пространство:

– Или сами пусть рассказывают, или я расскажу! Хватит!

– Что будем делать, отец?

– Ничего, Саша! – Николай III с сочувствием смотрел на бледного сына. – У тебя жена беременна твоей дочкой и моей внучкой. Если мы сейчас накажем князя Гагарина, любимого папочку Катьки, ты можешь поручиться за здоровье жены и ребёнка?