– Не понял.

– Внутри таких проплешин в большинстве случаев сидит матка-инкубатор Некроносов, которая производит разные виды «Детей Некроносов». Кого-то в качестве солдат, кого-то в качестве будущей пищи, а если соберет достаточно ресурсов, может разумные виды начать производить. Вот тогда совсем тяжко будет, атаковали нас как-то пару десятков тысяч разумных, пять из семи рубежей прорвали, едва удалось отбиться. Вот и приходится выискивать такие проплешины, которые образуются из-за того, что матка и ее подручные вытягивают все полезные элементы из земли, и планировать рейды. Жаль только, что мертвая земля появляется, только когда матка набрала достаточно много силы.

– Значит, и наша база может быть в опасности?

– На данный момент не думаю. Мы пару дней назад видели достаточно большое побоище между этой маткой и соседней в восьмидесяти километрах от той, возле которой мы встретились. Так что в ближайшие пару недель она только Каларов будет выпускать, а потом еще с месяц мелочь всякую. Набираться опыта. Поэтому и пытались вычислить вход, пока она ослаблена, да оценить хватит ли у нас сил, чтобы ее уничтожить.

– Это настолько сложно? – уточнил я.

– Последний рейд был пять лет назад, тогда мы потеряли четыре тысячи бойцов, но едва смогли уничтожить матку. Так вот та была намного меньше развита, круг проплешины достигал всего пятисот метров, а тут больше полутора километров получается.

– Мда… А я думал в Альфариме жизнь тяжелая. – Пробурчал я себе под нос.

– Все, мы подъезжаем. Можно немного расслабиться, через пару минут нас смогут прикрыть из оборонительных пушек.

Придвинувшись к проходу в кабину, я через решетку, заменяющую лобовое стекло, уставился на монументальный город вдалеке. Точнее на шпили в центре города, все остальное скрывали ряд высоких стен, выстроенных, как ступеньки. Если первая навскидку была высотой метров пятнадцать, то вторая уже двадцать пять, чтобы можно было работать орудиям второй стены поверх первой и так далее. Всего насчитал семь рядов стен.

– А много жителей в вашем городе?

– Миллионов тридцать, точнее не скажу. У нас постоянно кто-то рождается, а кто-то гибнет.

– Это из-за этого так много стен?

– Да, перед первой стеной у нас в основном поля для выращивания разных культур, в первом кольце животноводческие фермы и самое бедное и при этом самое бесполезное население, ну и дальше по нарастающей. За седьмой стеной живет правительство, инженеры, ученые, механики.

– И тут от богатства зависит место жительства. – Буркнул Тилорн, но слишком громко и сработал переводчик.

– Нет, место жительства не зависит от количества денег. Оно зависит от вида деятельности, которую ты ведешь, определяется круг, в котором ты живешь. Самое ценное для нашего города это ученые и инженеры, вот они и живут в самом сердце. А по уровню кошелька живут только в четырех первых кольцах, дальше четвертого кольца ты жить не будешь, независимо от того, сколько у тебя денег.

– Достаточно прагматично.

– Наученные горьким опытом. Еще на моей памяти было двенадцать городов, но в Аншуре к власти пришли алчные люди и за пару поколений была нарушена выработанная еще нашими предками система, а когда при одном из нападений «Дети Некроносов» прорвали несколько стен, разжиревшие толстосумы уже ничего не могли им противопоставить. Они просто начали отрезать секторы города, но это только продлило агонию города.

– Отрезать секторы? – уцепился я за интересную информацию.

– Да каждое кольцо разделено на секторы, между которыми находится стена с дополнительными оборонными комплексами. Это помогает сохранить большую часть жителей кольца, в случае если где-то пробили стену.

– И часто у вас ее пробивают?

– Иногда бывает, – уклончиво ответил снайпер, – но пока «Дети Некроносов» пытаются пробиться глубже или с боков, успеваем эвакуировать соседние секторы.

– Если так все плохо с этими «Детьми Некроносов», как они еще не уничтожили весь животный мир за пределами городов? – Влез Тилорн с достаточно интересным вопросом.

– Часть животных научилось скрываться от них ночью, другую часть они не трогают, потому что принимают за своих, ведь у многих видов «Детей Некроносов» основой когда-то были наши животные. Так что целенаправленно они за ними не охотятся и убивают, только если под руку попадутся.

– Понятно, значит, скорее всего, у вас раньше было намного больше видов животных.

– Да, в архивах хранятся упоминания о десятках тысяч видов, но осталось меньше четверти. Так, ладно, мне нужно с охраной ворот переговорить, чтобы вас пропустили.

Мы действительно подъехали к огромным воротам высотой метров семь и метров десять шириной. Из небольших калиток по бокам от ворот выскочило несколько отрядов в современной для нашего понимания броне и энергетическим оружием, что еще больше добавило диссонанса в соотношении экипировки найденной нами парочки и местной охраны.

– У кого-то еще остались сомнения, что мы попали далеко не на обычного рядового разведчика? – риторически спросила Алена.

– Пф… тоже мне нашла рядового. – Бросил ей в ответ Кварц. – Рядовых не пускают просчитывать благоприятность условий для атаки рейда. Тысячи погибших при паре десятков миллионов жителей – это не шутки. У них же репликаторов нет, так что решать такое могут только люди, обладающие достаточно высоким уровнем власти.