Роксана взяла экземпляр журнала «Вэрайэти» с кофейного столика и принялась лениво листать.

Может, она все же переиграла? Ну и что? Обычно всех приводит в восторг возвращение блудного сына или блудной дочери. Когда она завоюет Зака, приняв новый облик, станет иной Роксаной Феликс, вот тогда-то маленькую мышку уволят. Сэм Кендрик уже и так ест с ее руки, а Элеонор Маршалл — история. Что же касается Меган, можно и подождать. Не велика важность.

— Ваш сок, мэм, — сказала стюардесса, подавая Роксане Феликс бокал из хрусталя, полный свежевыдавленного сока, с ломтиком лимона, как та заказала. Девушка поставила перед ней поднос из красного дерева, на котором стояли серебряный кувшин с соком и тарелочка с ломтиками лимона. — Может, вам принести ленч? Шеф предлагает дыню и икру с блинами…

— Прекрасно, — кивнула Роксана.

Привычная атмосфера уважения и роскоши окутала ее, она сразу почувствовала себя хорошо. Она думала, как станет проводить время в Лос-Анджелесе. Там наверняка для нее будут особые развлечения. Сэм Кендрик — одно из них.

Ее тело тут же откликнулось на его имя, теплое желание начало разливаться внутри. Он давал ей удовлетворение, о каком она никогда раньше не мечтала. Вообще было что-то успокаивающее в его любви, в его стремлении защитить ее; ей нравилось, как происходит порабощение Сэма Кендрика.

Более, чем порабощение какого-нибудь другого мужчины.

Ты слишком наслаждаешься этим, предупредил ее внутренний голос, ты влюбляешься в Кендрика. И ты думаешь о нем все время.

Нет! — сердито воспротивилась Роксана. Не правда! Кендрик такой же щенок, как и другие. А если ей нравится его тело, что это значит? Ничего. Даже меньше, чем ничего.

Я знаю, что сделаю, подумала она с внезапным вдохновением. Я приглашу на ленч эту глупую Джордан Кэбот. И все ей расскажу.

Да! Это станет еще одним этапом процесса разрушения Сэмюэла Кендрика. Она пустит по городу слух, что он спит со своей клиенткой. И как приятно насолить этой старой ведьме Изабель! А иначе какой смысл в том, что великий Сэм Кендрик дергается на конце нитки, за которую она тянет, если этим не похвастаться? А Джордан — прекрасная кандидатура на роль задушевной подруги. Она замужем за Томом Голдманом, новость быстро разнесется по «Артемис», а потом и по городу — достаточно пяти минут.

Роксана Феликс громко рассмеялась. Отлично!

— Могу я для вас что-нибудь сделать? — спросила стюардесса, прибежав посмотреть, не надо ли чего.

— Знаете, я думаю, можете. Дайте мне телефон, я хочу позвонить миссис Голдман.

— Черт побери! — тихо выругался Фред Флореску. Он вытер рукой мокрый лоб. — Долго еще?

— Теперь уже недолго. — Проводник повернулся, сдвинул огромный, как дерево, папоротник с пути. — Мы скоро выйдем, на площадку. Место очень красивое.

— Надеюсь, — тяжело дыша, сказал Зак. Он одернул промокшую хлопчатобумажную рубашку, которая когда-то была белой, а теперь промокла, стала серой и облепила его грудь.

Меган, тоже задыхаясь от усталости, посмотрела на него и мысленно поблагодарила Бога, что выбрала черный цвет.

Иначе в соревновании на самую мокрую майку она стала бы единственной женщиной-победительницей уже через десять минут после начала восхождения на гору.

— У вас-то, ребята, нет моих проблем. — Оператор Кит, техасец, вступил в разговор. Он был голый до пояса, лицо побагровело от напряжения. — Вам не надо тащить оборудование.

— Почему я и взял вас с Джимом, — сказал Флореску, кивнув в сторону звукооператора. — Вы южане. Настоящие мужчины, привыкшие к такой жаре.

— Да пошел ты к черту, Фред! — беззлобно сказал Джим Доллар. — В Техасе ты можешь вдыхать воздух, а не плавать в нем.

Он знал, о чем Говорит. В джунглях не только нестерпимо жарко, но и очень влажно. Меган не могла поверить, что Фред заставит их пешком взбираться на Морн-Сейшелос в такую погоду только ради кадра, в котором Зак прячется в укрытии на фоне прекрасного пейзажа. А может, и могла бы. Флореску из тех, кто всегда стремится к совершенству.

За два тяжелых месяца съемок это стало абсолютно ясно.

Если что-то не было идеальным, он переснимал. Дубль за дублем. Пока не достигал желаемого. Это доводило до сумасшествия всю группу, но никто не жаловался. Именно такое отношение к работе сделало его предыдущий фильм «Падающий свет» шедевром. И хитом. Именно фанатизм Флореску принес фильму «Лейтенант Питер» пять «Оскаров». Именно такое отношение позволит «Увидеть свет» стать самой блестящей, самой волнующей историей, которая когда-либо была доверена целлулоидной пленке. Если этот чертов фильм когда-нибудь будет закончен.

Но зачем понадобилось тащить сюда меня ? Неужели он хочет переписать сцену для одного героя?

— Пойдемте, пожалуйста, — сказал проводник, сначала по-французски, а потом переходя на местный диалект. — Пойдемте, пожалуйста, уже не так далеко.

Она поднималась по тропе вслед за Мэйсоном, пиная колючки, которые попадались ей под ноги. Это была полузаросшая туристская тропа, и по ней можно было пройти только с опытным проводником. Обрывы, отвесные кряжи, неожиданно возникавшие за поворотом, крутые гранитные стены. Выползали змеи, незаметные для нетренированного глаза.