— О'кей. — Кендрик кивнул.

— Теперь, Сэм, мне надо принести извинения Майку Овитцу, Джеффу Бергу и всем остальным, кого Роксана Феликс обрызгала слюной. — Элеонор глубоко вздохнула, пытаясь овладеть собой. — И еще, Сэм, постарайся встретиться с ней сам. Не посылай этого дурачка Таубера с таким заданием. Я хочу, чтобы кто-то преподал мисс Феликс урок, чтобы она поняла: мы занимаемся кинобизнесом, а не пресмыкаемся перед ней. И мы в любой момент можем дать ей пинка под зад.

Сэм невольно улыбнулся:

— О'кей, Элеонор. Я лично этим займусь. Такое больше не повторится.

— Хорошо бы.

И снова она стала Снежной Королевой. Холодной и строгой. Сэму даже стало немного жалко, что она вернулась к своему обычному состоянию. Он пожал ей руку и вышел из кабинета. Было очень интересно увидеть разгневанную Элеонор Маршалл. Пусть даже этот гнев направлен на него. Он всегда пытался представить себе, как удается Полу Халфину хоть немного отогреть ее, когда она вечерами возвращается домой.

Элеонор забыла про Сэма раньше, чем он вышел из кабинета. Она уже набирала номер телефона «Си-эй-эй» и «Ай-си-эм», потом другие номера, чтобы принести извинения, произнести штампованные фразы, заявляя, что «Артемис» не имеет никакого отношения к публикациям в прессе.

Нельзя обидеть известных киноактрис. Ни одна студия не могла себе такого позволить. Женщины-актрисы до сих пор получают меньше коллег-мужчин, но их ставки в сравнении с мужскими медленно, но верно ползут вверх год от года. Что в общем-то Элеонор приветствовала. Хотя сама никогда не заплатила бы женщине-звезде ни на цент больше, чем принято. Если наконец актрисы получат равноправие, это должно произойти естественным путем. Все решает рынок. Бизнес есть бизнес. Именно благодаря таким воззрениям Элеонор Маршалл получила президентское кресло. Именно этим отношением она руководствовалась теперь, в ситуации с Роксаной Феликс.

Но ее просто бесило поведение этой женщины, уверенной, что она может вертеть как хочет «Артемис» и «Эс-Кей-ай». Роксана Феликс невероятно красивая и невероятно надменная. Но в то же время она не Мерил Стрип. Она думает, будто хорошенького личика достаточно, чтобы сделать карьеру актрисы, и Элеонор очень хотелось доказать ей: так не бывает. Хотелось не допустить ее к желанной роли, а через все газеты, которые так пресмыкались перед ней, преподать урок.

Но Элеонор не могла себе позволить этого.

Роксана, Роксана, Роксана. Всю неделю только это имя она и слышит. Стоило дать проекту зеленый свет, как Дэвид Таубер принялся названивать ей по двадцать раз в день, местная пресса и телеканалы осаждали просьбами дать интервью — они хотели получить подтверждения слухам. Том Голдман вдруг стал настаивать на пробе Роксаны вместе с Заком.

Элеонор пожала плечами и согласилась. В конце концов, первоначальные пробы Роксаны, присланные Сэмом, не были ужасными. Хотя и хорошими их не назовешь. Поскольку главную мужскую роль играет дебютант и автор сценария тоже никому не известен, ей, конечно, хотелось обезопасить себя и на ведущую женскую роль пригласить знаменитую талантливую актрису. Что ни говори, на производство фильма тратятся слишком большие деньги. А тут еще Джейк Келлер кипит от раздражения и на каждой стадии производственного процесса высказывает бесконечные возражения начиная с первого совещания по бюджету маркетинга. Она, Элеонор, сумела его приструнить, но он вынуждал ее постоянно быть настороже.

Вот она сиди г и на глазах у Тома Голдмана ведет с ним дуэль. Два ответственных сотрудника схватились перед Голдманом, а он наблюдает за их борьбой с высот Олимпа, не принимая ничью сторону и делая пометки в блокноте. Обычное занятие для голливудских шишек. Том не ругал и не хвалил сценарий «Увидеть свет». Если фильм выйдет удачным, он снимет пенки, а если провалится, то дистанцируется от него. Каждый ответственный человек в Голливуде ведет себя подобным образом, и Элеонор старалась не воспринимать это как нечто личное. Но все равно было обидно. «Увидеть свет» — ее первый проект, и она могла заметить, что сценарий Тому понравился, как и ей. Элеонор очень хотелось ощутить его поддержку. Втайне она даже надеялась, что ради нее он забудет об осторожности и нарушит свои принципы.

Но это мечты. Во всяком случае, ее удивило даже то, что Том подключился к подбору актеров. Он слишком для этого занят. Творческая сторона кинобизнеса не его сфера.

Он один из тех, кому положено сосредоточиться на том, чтобы студия хорошо выглядела перед истинными хозяевами кинодела с Уолл-стрит. Ну что ж, если он хочет, чтобы Роксану Феликс пригласили на пробы, так тому и быть.

Все-таки он ее начальник. И кстати, он очень настаивал.

Элеонор не могла понять почему.

— Элеонор, ты, наверное, не в своем уме. Все эти люди без имени…

— Я бы не сказала, что Зак Мэйсон — человек без имени, — заметила она на совещании по подбору актеров.

Она пыталась свою уверенность прикрыть непринужденным тоном. Что, в конце концов, позволяет себе этот Джейк Келлер? Она постаралась не выказать удовольствия от мысли, что сейчас Келлер критикует предложение Тома прямо при нем. Это ведь не ее идея, как казалось Келлеру. Том говорил с ней об этом наедине, поэтому решение пригласить Роксану Феликс на пробу только выглядело как ее личное.