— Ты не вправе так поступить, — заявил Келлер.

— Посмотрим, — проговорила Элеонор. — И еще, Джейк.

Ты был не против того, чтобы Роксану взяли на роль в первоначальном сценарии. Ты был против Роксаны вообще, ты не хотел, чтобы ее брали. — Она передразнила прононс Келлера:

— «Нам не понравились пробы Роксаны». Я думаю, тебе лучше собрать все свои возражения насчет актеров, сценария, бюджета, предложений по маркетингу, изложить в одной докладной записке и отдать Тому. А копии — мне и Биллу. Тогда ты не сможешь перевирать свои слова в любой момент, когда захочется. А я потом вставлю их в рамочку и пошлю тебе обратно, когда «Увидеть свет» в первую же неделю проката покажет, чего стоит.

— Я бы не рассчитывал на ошеломляющий успех, — злобно проговорил Келлер, проведя рукой по редеющим рыжим волосам.

— Не знаю, не знаю, Джейк, — снова подал голос Том Голдман. — Я думаю, фильм получится. Если у тебя есть замечания, на самом деле их лучше изложить на бумаге.

Элеонор права.

Келлер перевел взгляд с Голдмана на Маршалл, он едва сдерживался. Но заставил себя кивнуть и сказать:

— Очень хорошо, Том, если ты настаиваешь.

— Да, я думаю, следует настоять, — приятным голосом подтвердил шеф студии.

— Что ж, если это все, у меня на одиннадцать назначена деловая встреча, — сказал Билл Янус, разрушив возникшую напряженность.

— Конечно, — кивнула Элеонор.

Джейк Келлер собрал свои бумаги и вышел, не оглядываясь. Билл направился следом, посматривая на часы и избегая встречаться с кем-нибудь взглядом.

— Бедный Билл, — вздохнула Элеонор.

Том Голдман улыбнулся:

— Да. Не в состоянии обидеть ни меня, ни тебя, вообще никого…

— ..Ведь может случиться так, что Джейк Келлер будет руководить студией на следующий год, — устало произнесла Элеонор.

Сидя в кожаном кресле в кабинете Голдмана, она вдруг ощутила невероятную усталость. Господи, сколько всего навалилось на нее. Все началось утром. Она открыла глаза и увидела Пола в дверях ванной — он изучал ее противозачаточный колпачок. Она спросила, не собирается ли он проткнуть его иглой. Это привело к ссоре, отнявшей много сил.

Потом, на работе, она нашла несколько ошибок в цифрах бюджета фильма «Увидеть свет». Причем в тех цифрах, которые просмотрела на прошлой неделе. Теперь надо снова перепроверить. Кроме того, с тремя фильмами, которые уже в работе, возникли проблемы. Потом понадобилось созвать совещание в отделе по распространению продукции «Артемис». А последняя перепалка доконала ее. Один из ее заместителей, Келлер, похоже собирается погубить самую большую надежду «Артемис».

А это уже слишком. Ко всему прочему новые светло-кремовые туфли из телячьей кожи нестерпимо жали.

— Эй, послушай, тогда может случиться и так, что на следующий год студию возглавит Дональд Дак, — сказал Том.

Том Голдман казался невероятно раскованным в черном костюме от Хьюго Босса, который очень шел к его глазам, улыбке и загару. Она подумала, что надо бы всех мужчин-начальников обязать носить черные костюмы. Ни в чем другом мужчина не выглядит таким настоящим. А Пол, почему-то, нет черного костюма.

— Тебе незачем тревожиться об этом, — добавил Голдман. — Дело в том, что сейчас ты руководишь студией.

— Я слышу голос поддержки? — насмешливо спросила Элеонор.

— Ты сама с ним прекрасно разделалась, — сказал Том.

— Спасибо за помощь.

Том махнул рукой:

— Не за что. Ты была права. Если он все изложит на бумаге, это будет честно со всех точек зрения. — Он улыбнулся. — Между прочим, я просил сделать президентом тебя, а не Келлера.

Элеонор устало вздохнула.

— Что, плохой день?

— Да, бывали лучше, — призналась Элеонор, собираясь уйти.

— Тогда, может, ты взбодришься, прочитав вот это? — Он протянул ей листок с аккуратными цифрами. — Результаты первого квартала твоего президентства. Цифры отличные. Работа отдела продаж и твоя новаторская программа с «Кендрик интернэшнл» снизили планку долгов.

— Нам все равно нужны фильмы-хиты.

Голдман кивнул:

— Разумеется. Акции не поднимутся, пока банкиры не убедятся, что «Артемис» намерена выдать нечто впечатляющее. Именно поэтому я и хочу взять тебя с собой на следующей неделе в Нью-Йорк.

Элеонор застыла.

— Ты хочешь, чтобы я поехала и выступила на правлении?

Представить результаты работы за квартал совету директоров, настоящим боссам «Артемис», было действительно важно, если студия хочет выжить. Элеонор Маршалл быстро поняла, в чьих руках истинная власть. Финансовые нити твердо держат в своих руках теневые финансисты с Уолл-стрит. Это вельможи, которые не появляются перед прессой и собираются четырежды в год в каком-нибудь из небоскребов Манхэттена. Кукловоды.