— С таких вот захватов, за которые положен расстрел? — улыбнулся Лев. — Конечно же нет. Но времени опять двигаться по карьерной лестнице вверх и сколачивать новую команду, просто нет. Откуда я это знаю? Дюша, не у тебя одного развита интуиция и чутье. Либо мы не дадим тварям захватить Рим, либо Федерация падет. Быстро и неотвратимо, и остаток своих дней мы проведем, пытаясь собрать несобираемое и заново склеить осколки государства. Сам понимаешь, Сверхмозг нам такой возможности не даст.

— Чутье — это серьезно, — кивнул Дюша.

Затем, основываясь на богатом опыте, Лев начал чертить примерную схему штаба. Типизация и унификация, еще со времен Первой Волны, и вряд ли что-то изменилось, как пояснил генерал. В предрассветной темноте и тишине, следовало выдвинуться к высоте 1503, обойти патрули и охрану, и, проникнув за периметр, затаиться. Твари пойдут в атаку с первыми лучами солнца, по своей неистребимой тварной натуре. В этот момент, когда твари возьмут людей в оборот и начнется паника пополам с неразберихой, следовало быстро и решительно захватить комнату связистов, снять внутреннюю охрану и скрутить непосредственно командование.

Затем, пока никто ничего не понял, Лев собирался получить информацию о состоянии дел и на ее основе переиграть тварей. Информация, обработка, оповещение о смене командования, и все следовало сделать быстро, но Лев, не без оснований, верил в свои силы. Разумеется, на захват с Львом отправлялись не все, а примерно половина форпостовцев. Самые опытные и способные выстрелить в человека, не дрогнув и не замешкавшись. Конечно, еще оставался вопрос мотивации и убежденности, но выкладки Льва о предательстве были как всегда убедительны и точны.

Оставалось, как обычно, прийти и сделать, да так, чтобы операция не сорвалась.

Поэтому Лев, отпустив остальных, остался сидеть над схемой и обдумывать детали.

Битва, как и предполагал Лев, началась рано утром. Солнце только — только первыми лучами осветило вершины, как твари выбросили на стол первый козырь. Как внезапно выяснилось, не только люди готовили себе место для битвы заранее. В самом сердце лагеря штрафников, еще не получивших оружие, с ухающим звуком обрушилась земля и из провала мощным потоком хлынули Кусатели. Выяснять, кто отвечал за разведку местности и почему туннели тварей (несомненно вырытые заранее) не обнаружили, было слишком поздно.

Позиции людей представляли собой территориально один огромный ромб. Его северная вершина, обращенная к тварям — высота 1503. Южная — обоз и госпиталь. На востоке и западе в вершинах находились артполки. Лагерь штрафников находился посредине ромба, запечатанный с двух сторон мотострелками и с третьей — все той же высотой 1503. Часть пехоты и огнеметчиков уже выдвинулась в сторону холмов, окаймлявших долину севернее высоты 1503. Другая часть неторопливо готовилась к раздаче оружия штрафникам, позевывая и почесываясь.

Оставшиеся пехотинцы просто готовились к битве, а самые оптимисты к звездопаду орденов и медалей, который, несомненно, последует после разгрома тварей и спасения Рима. Ведь после разгрома тварей, должно было начаться вытеснение тварей из Апеннин, и десанты в тыл, с целью рассеять и отогнать тварей обратно за Альпы. Во всяком случае, так утверждала армейская пропаганда, дабы укрепить и воодушевить граждан Федерации. Начать трубить о «штрафниках» предполагалось после успешной операции, в духе, мол, вот так предатели и дезертиры все равно помогают спасти Федерацию.

Твари, конечно же, этого не знали, но ход прорыли удивительно точно.

Моментально весь лагерь безоружных бедолаг вскочил и бросился врассыпную. Никто и не помышлял бросаться на тварей, предпочитая смерть от пули, нежели от клыков тварей. Мотострелки, стоявшие в дозорах, растерялись. Не каждый день на тебя мчится безоружная толпа людей, которая вот только что вела себя спокойно. Приказ на этот счет был однозначен: «отпугнуть толпу выстрелами, вычислить и убить зачинщиков бунта, затем применить водометы и иные нелетальные средства».

Вот только в этот раз толпа отпугиваться совершенно не собиралась.

Пулеметчики, дав очередь, медлили и медлили. И тут кто-то, то ли разобрал вопли паникующих и приближающихся штрафников, то ли заметил тварей в центре лагеря, и не замедлил дать сигнал: три красные ракеты. В общем смысле это соответствовало сигналу «Код красный, три нуля!» То есть враг уже ворвался в самое сердце лагеря/расположения/укрепрайона, и близок к победе. И следует немедленно бросать все и уничтожать тварей, иначе они уничтожат людей.