– Стойте! – раздался грозный оклик – кто такие будете?

Из леса вышло два мужика с рогатинами в руках и направили из на Никиту с Машей.

– Бежим от извергов наших. Хотим к Тимофею Разину – отвечает кардонщикам Никита.

– А откуда будете? – снова спрашивают их.

– Мы из деревни Уваровой, далеко отсель будет – отвечает Никита – долго к вам идем.

– Ну пошли тогда в наш отряд, отведу вас куда надобно.

Никита и Маша смотрят, друг на друга светясь от счастья. Они наконец пришли туда, куда хотели и стремились всеми своими силами.

Много народу на то время прибывало в войско атамана Степана Тимофеевича Разина. Принимали почти всех, кто хотел воевать с ненавистными угнетателями. Многие влившиеся в войско имело свое оружие, порой самое примитивное, а кому и выдавали имеющиеся трофейное, захваченное в боях или в воеводских складах.

Сопровождавший Машу и Никиту конвойный привел их в большую деревню, где было огромное скопище разноместных, вооруженных людей, заполнивших все кривые улочки. Завел в большую крестьянскую избу, где как они догадались после, проживал деревенский поп или дьяк.

Ха большим столом сидели незваные гости в красных кафтанах, четверо. Сам же хозяин в черном одеянии с царской эмблемой в виде двуглавого орла на золотой цепи, возглавлял стол. На входящих сразу обернулись, отложив на стол деревянные ложки.

– Вот задержали в лесу двоих – доложил конвойный – хотят к нам в войско.

Взгляды сидящих за столом изучающе смотрят на вошедших. Не очень дружелюбно, перебили снеданье.

– Кто такие? – спрашивает один из сидящих.

– Я, Никита, а это – он поворачивается к Маше и произносит – это Михаил, мой младший брат.

– Митяй – уже пьяным голосом перебил спрашивающего его сосед – может своим заместителем возьмем? Того, что малой. Сидевшие дружно рассмеялись шутке.

– А почему бы и нет – неожиданно возразил Митяй – старшего можно.

Неожиданно он спрашивает Никиту:

– Ты служил, воевал?

– Да – отвечает Никита – недолго. Ушел с царской службы. Решил служить Разину.

Долго разговаривать сидящим нет времени. Очень хочется есть, а еще больше медовухи.

– Идите и скажите, что вас приняли в полк Митяя Еремеева. Опосля поговорим. Он подал знак кивком головы, и они с конвоиром вышли из избы.

– Батька Рази на стругах идет с войском к Синбирску, а мы вот своим ходом идем туда – пояснил конвойный и завел новоприбывших в другую избу: – Здесь ваши люди. Просторная изба без всяких перегородок с большой печью забита людьми, большинство которых молча сидят на лавках вдоль составленных в ряд столов и быстро орудуют ложками, черпая еду из больших чаш. В избе жарко, варят в печи кашу для всех, кто заходил в избу. На вошедших здесь даже не обратили внимания.

– Вот здесь ваши люди. Можете поесть. Он схватил за рукав бабу, которая несла горшок к столу: – Покорми этих. И ушел, оставив задержанных одних.

Таким образом Никита и Маша оказались в ополчении, которым командовал приближенный к Разину Митяй Еремеев, один из самых надежных сподвижников, испытанный в боях и застольях. Митяй сразу угадал в Никите военного, который может руководить безграмотными, не умеющим еще боевого опыта крестьянами, у которых кроме желания воевать рогатины в руках ничего нет.

Кругом были знакомые с детства люди и их обычаями, и нравами, совсем не чуждыми Никите и Маше. Они быстро вписались в эту движущуюся массу и уже ничем не отличались от других. У Маши, которую Никита при людях звал Мишей, за поясом засунут подаренный любимый пистолет. Из него он научил девушку стрелять и заряжать самой. Поэтому у нее на поясе висела пороховница с зарядами. В мужской одежде Маша выглядела как молодой парнишка, коих в войске было предостаточно. Отыскав среди идущих Никиту, Митяй подъехал к нему и завел разговор.

– Я помню тебя, Никита. Едва отыскал.

– Чего изволишь сказывать?

– В моем ополчении будет людей на два полка. На один полк есть казацкий сотник, а на второй хорошего человека не имеется. Так вот, я предлагаю тебе его возглавить.

Никита никак не ожидал такого оборота дела.

– Мне сразу соглашаться или дашь время на обдум?

– Лучше сразу. Мне легче станет.

– Перед Синбирском проведен раздел на полки.

По мере приближения к Синбирску к ополчению прибавилось не мало люду. Слава о Степане Разине разошлась далеко по всей округе. Веря в избавление от самодуров-помещиков, которое обещал им атаман, забитые и униженные, целыми селениями вливались в ополчение. Переправившиеся через реку Волгу калмыки, башкиры, мордва также становились под знамена Разина. Пешие шли в ополчение, а те, кто был на коне, сразу направляли к Алеше Протакину, который возглавлял конницу войска. Мысль, а затем и идея двинуться на саму Москву будоражили сознание людей, вдохновляло их на взятие Синбирска. А затем уж батька поведет на белокаменную……

Уже пришла поздняя осень с порывами ветров и частыми, затяжными дождями, порой переходящими в мелкую сыпь. Разин привел свои струги на Чувинский остров, что стоял на три версты от города. Высадившееся войско, где в брод, где в плавь добралось до берега. Разбили людей на сотни и уже в темноте двинулись на кремль города. Драгуны и рейтары, защищавшие его стены, открыли стрельбу из пищалей. На утро начались стычки с войском воеводы. Которых побили, которых загнали в кремль. Разин поставил свой шатер в осаду. Воевода, князь Юрий Бортынский был довольно ловкий и умелый, сумел скрыться. Да и предатель помог уйти, казак Федько, по прозвищу Шпынь. А обоз воеводил захватили разинцы. Посад с людьми был цел, а люди воеводилы ушли в ладко сработанный город. Рядом располагался небольшой острог, который также заняли люди Разина, укрепив его и заведя в него обоз, отбитый у воеводы.