Хранится в черепе моём.

В долгой нирване

Я не блаженный

И не сатир…

Мрак отраженья

Течёт в наш мир.

Покой обмана

Над складом душ.

Страшна нирвана

Битья баклуш!

В дворцах кровавых

В смешных страстях

Живут Вараввы

Да на костях.

В палатах белых

Быть не спеши!

Дворцы – для тела,

Не для души.

В них в позе «сливы»

Сидит братва.

Общак счастливый,

Чья суть мертва.

Всё шито-крыто

Среди халуп.

В нирване сытой

Ходячий труп.

Не слышит плачей

Вандал вокруг.

Переиначен

Недавний круг.

Он перечерчен,

Теперь – квадрат.

Бес гуттаперчев,

Смышлён, крылат…

Не слышит стона

Он из могил…

Хозяин трона

В нирване мил.

Застенчив даже,

Во всём простак.

Весь мир обгажен

За просто так.

В нирване-сказке

Властитель зла.

Прищурил глазки –

И все дела.

Обман всечасный…

Другого нет.

Магната счастье –

Рабу привет.

Дворцов чертоги –

Не по делам.

В нём стыд убогий,

Позор и хлам.

Нирвана эта –

Свободы плен.

Летит планета

В рок перемен.

Слепые поводыри

Я в жизни был упрям

И дерзок до предела.

Слепым поводырям

Не верил я всецело.

Они людей вели

По жизни, как хотели.

Весёлые нули

Постыдной канители.

Но эта слепота

Была, конечно, мнима.

Дабы кусок у рта

Не проскочил бы мимо…

Жизнь не начать с азов…

Опять «слепцы» в расцвете,

Хвалители тузов

И хлама на планете.

Коварны, не просты,

Бессовестны и… круче.

Над миром слепоты

Черней и гуще тучи.

Всё те же, как всегда,

Ведут людей в трясину,

И от отца беда

Вновь переходит к сыну.

Вновь строятся дворцы

Для рыцарей удачи.

Поводыри-слепцы

Продуманы и зрячи.

Пытаются вести

Меня в толпе кричащей

По чёрному пути

В продолговатый ящик.

Ослиное – ослам!

Им мерзкий путь не страшен.

Я вас давно послал…

А так же предков ваших.

Бездомные пули

Дом у них есть в автоматном рожке…

Только вот жизнь зачастую сурова.

В невероятном и подлом прыжке

Дом покидая, лишаются крова.

Жизнь обрывая чужую порой,

Плачут, скулят в безысходном полёте.

Заняты этой кровавой игрой

Добрые дяди и милые тёти.

Пулям бездомным в телах умирать

И погибать среди пыли и грязи.

Их убивает бесовская рать,

Новых формаций бояре и князи.

Страшный исход за чужие дела,

Пули безгрешны, пули без воли.

Зло никогда не сгорает дотла,

Часто меняет маски и роли.

Зло процветает на ранах Земли,

В банках убийства лихие итожа.

Стонут бездомные пули в пыли…

Как на людей эти пули похожи.

* * *

Возьмите с полки пряник, Акулина!

Он к ней гвоздями, вижу, не прибит.

К вам воровская снизошла «малина»,

Украсила ваш пенсионный быт.

Ваш светлый день зарыт в партийных кланах

И в списках руки тянущих к «рулю».

Пускай черствеют пряники в спецхранах,

Подачек демофобов не терплю.

Пусть шило поменяется на мыло,

Но суть одна у странных перемен:

Разбой, грабёж, безродная могила…

Народ, встающий медленно с колен.

Возьмите, Акулина, с полки пряник,