— Рам? — она недовольно зафыркала, но согласилась меня выслушать. — Чёрт! Говорит, что ту, как и у Баст нет выхода наружу. Но она знает, где располагается охранный центр и может подсказать, что именно делать.

— Как поступим?

Последний раз громыхнула и к нам подполз почти идеально круглый клуб пыльного дыма. Я задумалась, осматривая спутников, а потом выковыряла из уха шарик передатчика и протянула Страшу.

— Держи, — он попятился и помотал головой. — Не беси меня! Слушай, что Рамина скажет и сделай всё правильно. Лохматый, — Лев молча кивнул. — Береги его, как зеницу ока.

— Сделаем, — парень не казался ни удивлённым, ни расстроенным.

— Элли, — я остановила ненужную болтовню поцелуем и сунув в пальцы резиновый шарик, развернула болтуна. Потом отпустила лёгкий пинок. Для уверенности.

— Пошли, — я хлопнула Лесоруба по плечу. — Веди в этот, чёртов, внутренний двор.

Мы прошли пару залов и коридор. Внезапно в стенах что-то заперхало и вдруг послышался визг, наполненный такой яростью и ненавистью, что мне стало не по себе. Потом верещание умолкло и некоторое время кто-то тяжело дышал в микрофон. Всё это время мы продолжали идти вперёд. Пока нам попался только застывший, как столб, мужчина в белом костюме. Он выглядел впавшим в ступор.

— Я убью вас всех! — дыхание сменилось хриплым мужским голосом. — Все вы — твари, паразиты, уроды… Спелись, чтобы добраться до меня, разрушить всё, что я сделал, чего достиг.

— Это — его настоящий голос, — отметил Лесоруб и показал, куда нужно поворачивать. — Я его помню, но так смутно, словно последний раз слышал тысячу лет назад.

— И эту парализованную мерзавку, и чокнутую дуру со стеклянной башкой, и серую хвостатую мерзость, и железного дебила… Всех! — внезапно он вновь перешёл на визг, в котором терялись отдельные слова. Лишь чуть позже выяснилось, что финальная речь сей тирады адресовалась исключительно мне. — Рыжая сука! Я своими руками вырву твоё чёрное сердце! Засуну в банку и буду любоваться, вспоминая, как разорвал тебя на куски!

— В любовницы уже не берёшь? — весело откликнулась я.

В принципе я не надеялась, что наш «великий и ужасный» соблаговолит ответить «рыжей суке», но ответ пришёл.

— Держать в постели змею подколодную? — он нервно хихикнул. — Не знаю, что за чёртовы блоки стоят в твоей гнилой башке, но давать тебе ещё один шанс не собираюсь.

Этот дурак гадал, что за блоки стоят у меня в голове? Ему, идиоту, и не снилось, что моими путеводными звёздами станут любовь и воспоминания об умерших близких.

— Ума не приложу, — бормотал Чародей. Скорее всего, сейчас он разговаривал сам с собой. — Каких-то несколько дней и рыжая тварь умудрилась заполучить их всех… Давала им всем, что ли? А если и давала, у неё там золотом намазано или как?

— Ты — дурак. — подал голос Лес, с лица которого не сходила странная улыбка. — Элли — наш друг и ради нас, любого из нас, пойдёт на смерть. А ты — просто конченая тварь, которая прячется в норе и трясётся за свою шкуру. Такие, как ты, всегда кончают одинаково.

— Посмотрим, — Чародей грязно выругался и связь прервалась.

— Лес, — он остановился, и я взяла его за руку. — Спасибо.

— Тебе спасибо, — он осторожно сжал металлические пальцы. — За то, что позволила стать самим собой. Ты — самая лучшая женщина в мире. Ну…

— Понимаю, — я улыбнулась. — Почти самая лучшая. Только Страшу такое не говори.

Переход во внутренний двор оказался большой прозрачной трубой, за стенами которой находилось что-то типа тропического сада. Экзотический растения с огромными листьями, свисающие спирали лиан и множество ярко окрашенных птиц. Настоящая идиллия, если не обращать внимание на труп охранника, лежащий посреди прохода. Два пулевых в спину. Очевидно тащили свои, пока концы не отдал. Самое интересное, что у этого таки заработала система маскировки, так что на полу виднелась лишь голова да два красных пятна.

— Там, в конце, будет что-то типа небольшого вестибюля, — пояснил Лесоруб и проверил оружие. — С будкой охраны и мощной дверью. Если наши не справятся, только лоб зря расшибём.

— Справятся, — уверенно возразила я. Ну, почти уверенно.

Как выяснилось, впереди нас ожидала не только дверь, но и остатки выживших охранников. Стоило приблизиться и они начали стрелять. Впрочем, стреляли явно наугад и совершенно беспорядочно. Пули расколотили стеклянную стену и стал слышен дикий ор испуганных птиц. Мы же спрятались за стеной у входа и терпеливо ожидали, пока прекратится свинцовый дождь.

Дождались. Я осторожно выглянула из-за поворота. Смешно, перед засранцами захлопнули дверку и не торопились открывать. А учитывая, что спрятаться тут особо негде…

— Эй, придурки! — крикнула я и Лесоруб удивлённо уставился на меня. — В живых остаться хотите? Ваш-то хозяин на вас, по ходу, забил.

— Ты что задумала? — спросил товарищ, понизив голос, но я только отмахнулась, прислушиваясь.

За углом принялись бубнить. Кто-то ругался, точно маленький ребёнок — ну, совершенно неприличными словами. Кто-то тонко взвизгивал.