— По-моему, мы с тобой могли бы целую неделю не вылезать из постели, — промолвил Александр.

— Увы, это несбыточная мечта, — прошептала Мередит.

— Я больше никогда не отпущу тебя, — сказал Александр. — Мы не должны расставаться!

В его голосе прозвучало столько волнения, что Мередит взглянула на него с удивлением.

— Мы никогда не расстанемся, — пообещала она. — Я сама не отпущу тебя.

— Этого мало, — сказал Александр. — Я хочу связать тебя покрепче. Мне нужно больше, чем обещание.

Мередит посмотрела на него, выжидая.

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Мередит, — произнес Александр. — М как можно быстрее.

— Тебе придется надеть вот это, — сказал Александр, доставая из стенного шкафа один из своих шелковых халатов. — Боюсь, что вся твоя одежда разбросана внизу в гостиной.

Мередит присела в постели, отбросив назад сбившиеся на лицо волосы. Внезапно комизм положения заставил её хихикнуть.

— Хотела бы я взглянуть на лицо твоей горничной, когда, зайдя в гостиную, она нашла там все эти тряпки, — пробормотала она, давясь от смеха. — Или Даниель привыкла к такому?

Александр посмотрел на неё и произнес, чуть нахмурившись:

— Я никогда ещё не приглашал сюда женщин. Вплоть до вчерашнего дня.

Мередит соскочила с кровати и, облачившись в его халат, запахнула полы и завязала поясок. Затем подошла к Александру и обняла его.

— Ты уверен, что можешь позволить себе обзавестись семейными узами? — игриво спросила она. — И ни разу не пожалеешь о том, что расстался с холостяцким образом жизни? Ведь брак заставит тебя изменить некоторые свои привычки.

— С тобой рядом у меня будет все, что мнем нужно в жизни, — твердо заявил Александр. — А что касается холостяцкого образа жизни, matia mou, то с ним я расстаюсь без малейшего сожаления. Ты — единственная женщина, которая мне нужна. — С этими словами он порывисто привлек её к себе и поцеловал в губы.

Почувствовав, что к её животу прижимается что-то твердое,

Мередит выскользнула из его объятий и улыбнулась.

— Пожалуй, мне все-таки пора одеться, — сказала она.

Александр изучающе посмотрел на нее, затем кивнул.

— Мой халат тебе очень идет, — сказал он, натягивая трусы.

— Хотя ты в любой одежде прекрасна. Или — без нее…

Мередит улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй.

— Я быстро, — сказала она и, выйдя из спальни, направилась через холл в свою комнату. Принимая душ и одеваясь, она, не переставая, обдумывала все, что между ними произошло. Александр хотел, чтобы их бракосочетание состоялось как можно быстрее — он дал ей это понять весьма недвусмысленно. Мередит же хотела, чтобы свадьба была подготовлена как можно тщательнее, со всеми необходимыми атрибутами. «Для меня это будет в первый и последний раз, — подумала она. — И пусть этот день запомнится на всю жизнь»!

Посмотревшись на себя в зеркало, Мередит поразилась: на неё смотрела совершенно другая женщина. Взлохмаченная, с раскрасневшимися щеками и горящими глазами. «Влюбленная женщина», — машинально отметила она.

Следующие три дня промелькнули для Мередит и Александра как одно мгновение. Поразительно, но ни одного из них, несмотря на всю занятость, совершенно не тянуло вернуться в Манхэттен к своим привычным делам и обязанностям. Они были слишком поглощены друг другом, чтобы даже вспомнить про мир, который существовал за пределами их убежища в Саутгемптоне. С той самой ночи, когда они впервые предались любви, Александр и Мередит вели уединенное и идиллическое существование в своем собственном мирке. Они не расставались ни на миг. Подолгу гуляли, беседовали, строили планы и познавали, познавали и познавали друг друга. Плавали в океане и предавались любви на берегу под лунным светом. Каждое утро, а иногда и по вечерам ездили верхом. Обедали на веранде, а ужинали в столовой при свечах. Затем уединялись в библиотеке и, притушив весь свет, слушали музыку перед полыхающим камином. Мередит была приятно удивлена, узнав, насколько Александр любит и понимает классическую музыку. У него была огромная фонотека и множество дисков с записями самых лучших исполнителей, а великолепная стереосистема позволяла получать качество звучания, неотличимое от живого. Всякий раз прослушивание заканчивалось тем, что они раздевались и предавались любви прямо на ковре перед камином, после чего Александр на руках относил Мередит в спальню, где они и засыпали в объятиях друг у друга.

В Александре Мередит нашла все, что искала в мужчинах. Конечно, он был красив, изыскан и сказочно богат, но не это было для неё главным. Александр был также необыкновенно учтив, обходителен и романтичен. Он был сказочным любовником. Он был терпелив и великодушен. И, главное, он был первым в жизни Мередит мужчиной, который любил её такой, какой она была, и не пытался её изменить. Он не только безоговорочно принимал её честолюбивую натуру, но даже поощрял её амбициозные устремления. Александр сам сказал ей это: женщина без норова быстро теряла для него привлекательность. «Словно в волшебной сказке», — думала Мередит, вздыхая от счастья.

В пятницу поутру в Саутгемптон прикатила съемочная группа Ай-Би-Эс. Пока оператор устанавливал в библиотеке освещение и съемочную аппаратуру, Мередит поднялась наверх, чтобы выяснить, где застрял Александр. Она нашла его в спальне — стоя перед зеркалом, он завязывал галстук.

— Сначала они хотят провести съемку на улице, — предупредила Мередит, войдя в спальню и прикрыв за собой дверь.

Александр повернулся и посмотрел на Мередит.

— Никогда ещё я не допускал представителей средств массовой информации на свою землю, а уж тем более в дом, — сказал он. — Я иду на это только ради тебя.