— Че?! В смысле? — хохотнул Миямото. — Ты прикалываешься? А че не с Анусем?

— Не прикалываюсь. Как по твоему, на кой хрен я собираю трофеи? — повернувшись на стуле, стараясь не обращать внимания на то, как Миямото уплетает удон, я шепотом рассказал ему об Анале. Это было единственное, про что он был не в курсе, ну а смысл скрывать? Че он сделает-то? Украдет мои трофейчики?

— Я просто офигеваю… да уж, странные оказывается, боги существуют, — вытерев слезы, что выступили на глаза от смеха, в тот момент, когда я рассказал ему о лесбийской оргии, мой кореш усмехнулся. Я не стал ему рассказывать о том, что Мацуи — гомик-трансвестит, решив опустить этот момент. — Только не пойму… что ты будешь делать с этой способностью?

— Когда-нибудь да пригодится, — пожал я плечами. — Да и разве это не круто? Давай, жри быстрее, пойдем измываться над девчонками, бу-га-га!

Быстренько покончив с обедом, мы с Миямото вышли из класса, хихикая как дурачки, и поднявшись на крышу, встали у выхода. Ивасаки и Ямада о чем-то весело болтали, поедая свои обеды, а мелкий тут же приземлился мне на голову, и показал голубя со свернутой шеей.

— Ивасаки, встань сюда, и скажи, что на тебе одето, — серьезным тоном произнес Миямото.

— Чего? А тебе-то это нафига? — не поняла Ивасаки. Ямада, на которой я вечером тренировал свою абилку, хлопнула себя по лбу, и что-то недовольно пробормотала. — Вы че задумали?

— Просто сделай, как он сказал, — я вытянул правую руку, и когда Ивасаки встала перед нами с Миямото, и нехотя произнесла, что на ней одеты только юбка, блузка, лифчик, трусы, гольфы и туфли, я усмехнулся и громко произнес: — Кража!

— Ч-что… Кимура! — завизжала Ивасаки, оказавшись абсолютно голой, садясь на крышу поджав ноги, и прикрываясь руками. — Ты совсем с ума сошел?! Верни мою одежду!

— Да пожалуйста! — я подошел к Ивасаки и положив одежду рядом с ней, которая оказалась аккуратно свернута, уселся в кресло. Блин, видимо я потратил всю энергию, потому что чувствовал себя очень истощенным, не физически, а духовно, как и говорил мой любимый бог! Я бы еще даже сказал морально… что-то вроде, того, как если бы, наконец, анонсировали «LIFE-HALF 3», и ты весь такой радостный начинаешь ждать его, а потом еще анонсируют дату его выхода, и ты швыряешь деньги в монитор, крича «SHUT UP AND TAKE MY MONEY!», и когда до выхода долгожданной игры остается всего неделя… ты видишь новость о том, что ее отменили! И ты начинаешь реветь взахлеб, утыкаясь в подушку, крича, что жизнь говно, а потом… а потом тебе говорят, что у тебя рак яичек, угу… вот примерно, как-то так я себя чувствовал!

— Как ты вообще это сделал?! — произнесла Ивасаки, одеваясь. Блин, что-то мне херово… охота сброситься с крыши, и покончить со всеми этими проблемами раз и навсегда… моя жизнь — полное дно, которую испортили в прошлый раз, а теперь портят и тут… не хочу больше ничего…

— Я не знаю, Ивасаки… ничего не знаю… — пробормотал я, вставая с крыши, и подходя к ограждению. Всего три этажа, сдохнуть не получится, как же это…

Бррр! Помотав головой из стороны в стороны, я отпрыгнул от ограждения! Че за хурма сейчас была?! Что это за уныние такое, вперемешку с грустью и бессмысленным отчаянием?! Это, типа, что — эффект от того, что я потратил вся свою энергию?! Едрить-колотить! Нужно срочно, срочно восстанавливаться, а для этого…

Нужно было перепихнуться!

Поглядев на Ивасаки и Ямаду по-очереди, я вдруг осознал, что мне совсем не хочется ничего, а хочется лишь уйти домой, забиться в футон и лежать в нем до тех пор, пока я не умру…

Да что со мной творится?!

— Девчонки, вы должны помочь мне! — когда я произнес эти слова, я не узнал собственного голоса. Он был настолько уныл и глух, будто говорил кто-то, кто уже на смертном одре! — Ямада, я полностью истощен духовно… мне нужно…

— Поняла, — вздохнула Ямада, и оставив Миямото и Ивасаки приглядывать за мелким, который опять летал, только теперь уже просто так, без цели, схватила меня за руку и потащила за собой вниз. Она привела меня в медкабинет, и заперев дверь, повалила меня на первую кровать и расстегнула ремень на брюках.

— Что, даже не спросите моего разрешения? — горько усмехнувшись спросила Такаги, сидевшая на стуле за письменным столом, держа в правой руке, оттопырив мизинец, чашку, из которой валил пар. — Ну что за молодежь пошла…

— Такаги… это просто ошибка… — пробормотал я, закрыв руками ширинку, не давая Ямаде расстегнуть ее. — Ямада, прекращай, мне сейчас этого совсем не хочется…

От моих слов, судя по кашлю, Такаги подавилась кофе, а Ямада вдруг ударила меня по щеке, отчего мне стало так обидно, что захотелось пойти и утопиться. Перестав сопротивляться, я позволил Ямаде раздеть меня, а после, закрыв кровать ширмой, она сняла трусики и залезла на меня… Само собой, в тот момент я вспомнил слова Аналя, и нехотя пробормотал «Славься Великий Извращуга!»…

***

Врезав однокласснику по морде, который выходил из класса, и тем самым перегородил мне дорогу, я отправил его в сторону, и войдя в класс, уселся на свое место. Как можно понять я был зол… зол настолько, что мне хотелось выкинуть из окна несколько парт и кого-нибудь избить! Но я пытался сдерживать себя! Я же обещал директору не выбивать окна и не ломать парты, и значит я должен сдержать слово! Слово мужика, которым я перестал быть на десять минут, превратившись в унылое говно, потратив духовную энергию!