— Нет! Нет, Кори… Бессмысленно как раз мое сопротивление. И отрицание… бессмысленно.

— Я хотела сделать тебя счастливым, — всхлипнула она.

— Ты сделала! Ну же… Иди сюда. Не плачь. Слышишь? Ты только не плачь… А со всем остальным я справлюсь. Мы справимся.

Логан поманил жену рукой. Прижался лицом к её животу. Потерся носом, щекой, губами, не в силах остановиться. И все это время Кори молчала, комкая в руках просторную хлопковую рубашку, в которой спала.

— Прости меня, Кори… Я был таким ослом. Немудрено, что ты сбежала на другой конец света.

— Я ушла не поэтому, Логан.

— А почему?

— Потому что не хотела взваливать на тебя еще и свои проблемы со здоровьем. Ты на это не подписывался.

— Да к черту! К черту! Неужели ты не понимаешь, что плевать мне на эти бумажки? — Логан вскочил. Его грудная клетка с силой вздымалась, а полыхающий взгляд пробирал до костей. Карина обхватила плечи руками:

— Не понимаю, — тихо прошептала она. — Ты до последнего заставлял меня верить в то, что находишься со мной из-за контракта.

— Может быть… Но ты освободила меня от выполнения его условий. А я, как видишь, здесь. Не хочешь спросить меня, почему?

Глаза Карины блестели… Бездонные, полные невыплаканных слез глаза.

— Почему? — прошептала, кусая губы.

— Потому что я люблю тебя. Очень сильно люблю. Потому что я давал клятвы быть с тобой в горе и в радости, в здравии и в болезни…

— Ты все врешь, — рассмеялась сквозь слезы Кори, — когда судья перешел к брачным обетам, ты потребовал сократить церемонию…

— Значит, я клянусь в этом сейчас.

— Ты не знаешь, что мне предстоит… Я знаю, потому что уже проходила через это однажды. И не питаю иллюзий. Сначала у меня выпадут волосы… потом ресницы и брови… — она говорила, и слезы серебристыми ручейками текли из ее глаз, — меня будет тошнить, мне будет так плохо, что, скорее всего, в какой-то момент у меня просто опустятся руки. Потому что борьба… борьба будет хуже смерти… И я буду плакать. Просто волком выть, бросаться на стены… А еще буду злиться от несправедливости. От того, что меня окружают здоровые люди. От того, что я умираю в то время, когда они живут… дышат полной грудью… рожают детей… смеются! Боль и страх изменят меня. Сделают, злой, желчной, завистливой… — Карина шмыгнула носом и стряхнула слезы с глаз, не замечая, что он тоже плачет, — независимо от моих настоящих желаний сделают…

— Нет, милая… Нет.

— Почему ты так в этом уверен?!

— Потому что на этот раз ты будешь не одна. Не одна, понимаешь?

Она долго-долго на него смотрела. Бледная и измученная. А потом несмело кивнула. Закусила воспаленные губы. Улыбнулась… И Логан выдохнул. Отпустило… Подошел к ней вплотную, крепко обнял. Вдохнул ее полной грудью. Потому что только ею и можно дышать.

— А когда это все закончится, мы сыграем свадьбу. Позовем сотни гостей… всех, кого только захочешь. Ты будешь идти в белом платье по проходу, такая красивая… и все мне будут завидовать. Да-да, они просто удавятся от зависти.

— Мне нравится твой план, — прошептала Карина, не отрывая лица от его взволнованно вздымающейся груди.

— Да… План отличный. Но, пожалуй, нам нужно подстраховаться. Мне нужно…

— Подстраховаться?

— Да… Речь пойдет… — Логан запнулся, — речь пойдет о дополнительных гарантиях. Кажется, ты в свое время недооценила их пользу, и я не хотел бы повторить эту ошибку.

— Чего же ты хочешь?

— Кажется, перед проведением подобного рода лечения обычно рекомендуют заморозить на будущее яйцеклетки.

Карина откинулась в руках мужа и медленно кивнула:

— Да, я это сделала еще в пятнадцать… После химиотерапии репродуктивная функция может никогда не восстановиться, так что мы перестраховались.

— И это хорошо.

— Правда?

— Да… Как я уже сказал, мне нужны дополнительные гарантии.

— Я все еще ничего не понимаю, — покачала головой Карина.

— Я хочу воспользоваться услугами суррогатной матери, — выпалил Логан.

— Что?

— Я хочу, чтобы суррогатная мать выносила нам ребенка, пока ты будешь лечиться.

Он не знал, какого черта творит. Откуда в его голове вообще взялись эти мысли. Безумие чистой воды — не иначе. Но с каждым произнесенным вслух словом Логан все сильней загорался этой идеей.

— Но… зачем? Куда нам торопиться?

— Может быть, я… я сам по себе… недостаточный повод остаться? — прошептал Логан, отвернувшись к окну. — Ведь почему-то все, кого я любил, уходили…

— О, Логан… — Карина обняла мужа со спины. Прижалась мокрой щекой к его теплой коже.

— В общем… я тут подумал, что если у тебя не останется сил бороться ради меня… ты постараешься справиться хотя бы ради ребенка? Ты постараешься, Кори? Пожалуйста, я… — он не смог договорить. Спазм сжал горло. И чертовы слезы заволокли глаза. Он не вынесет… не вынесет, если её потеряет. Почему он так долго этого не понимал?