— М-м-м… с лейтом пререкался?

— Вроде нет. Разве что переспросил, когда он резервных сервов на легкий фланг решил отправить.

— Значит пререкался, — сделал вывод Крил. — Дурак ты, боец. Ты ж в штрафниках! Во всех наших скафах "особый блок" стоит, с какой-то специальной дурью. Чуть что — бац, и ты напрочь дуреешь и готов об стену расшибиться, лишь бы начальнику угодить! Командирам только повод нужен, чтобы актив-команду дать. А под дурью дохнут быстро, учти это.

— Да-а-а? — у Кота вытянулось лицо.

— Что, не знал? — поднял брови Крил. — Откуда ж ты свалился-то? Это же всем поголовно известно! Ну да ладно… теперь ты знаешь. Я тебя почему позвал-то… Что тебя с "бродягами" связывает?

— Ничего.

— Точно? Появился ты с этим… новеньким. Он — к бродягам, ты — к нам. На построение оба опоздали. Уверен, что ничего сказать мне не хочешь?

— Уверен. Ничего не связывает. — Повторил Кот.

— Хм… хорошо. Иди, отдыхай. Герой, блин…

Кот молча направился к своей койке.

— Знаешь, после этих твоих художеств нашего большого начальника "наверх" вызвали. Зачем — неизвестно. То ли драить до блеска, то ли гладить нежно. — Бросил ему в спину Крил. — Так что готовься…

К мрачному Коту, сидевшему на своей койке в душном кубрике, подсела пара сослуживцев. "Бродяги"…

— Привет, братуха. — Коротко кивнул низенький крепыш. — За нас, что ли, разговор был? — он кивнул на Крила, демонстративно отвернувшегося в сторону.

— За вас. — Не стал скрывать Кот. — И не брат я тебе.

— Зря ты так, — скривился крепыш. — Меньше слушай, что другие говорят. Не хорошие мы, но и не плохие. Мы просто делаем любую работу, за которую платят деньги. Без глупой морали, без лишних сантиментов, без долгих раздумий. Есть задача, есть ее цена… и мы ее полностью отрабатываем. Но я не за это поговорить пришел. Ты за нас почему в том бою вписался?

— Лейт приказал, — нахмурился Кот.

— Не пыхти! Лейт нас в расход списал, — сжал губы крепыш, — было уже такое, старички помнят. Дожали бы нас до конца, перебили. Сдаться не можем, отойти — тоже. Особый блок, так его в звезду! Лейт бы сразу код запустил, все бы тупо полегли! Так почему же? — штрафник, прищурившись, взглянул в глаза Коту.

— Так было правильно. — Выдержал взгляд Кот. — Своих бросать нельзя!

— Хм. Четкий ты, чел. Как мы.

— Это вряд ли. — Отвернулся Кот. — Что же вы, четкие такие, в штрафники попали?

— Не отталкивай протянутую руку. — Зло прищурился крепыш. — Еще раз повторю, меньше слушай остальных! Мы профессионалы, а не бандиты! Бандюки и отходы всякие, вон, отдельно трутся. Не выживают они, понимаешь ли, в наших условиях… меняются часто, вот и не имеют никакой силы. — Крепыш кивнул в сторону пары мрачных мужиков, тихо разговаривавших о чем-то в стороне ото всех. — А у нас иногда попадаются… всякие заказчики. И гнилые в том числе. А флот это единственный путь очистить учетку. Если успел завербоваться, гражданские дела прекращаются и передаются в военную прокуратуру, а уже там решают, насколько велика вина… По мнению военного ведомства! Путь один — в штрафники, да вот только сроки разные.

— И этот тоже четкий чел? — Кот мотнул головой в сторону мужичка, что когда-то прицепился к нему еще на тюремном корабле.

— А, этот… певец… Что с тобой пришел? — поморщился крепыш. — Он вообще шушер. Купля-продажа краденого, перепрошивка, "горячие" вещицы. Когда-то с кем-то из наших дело имел, шепнули ему, как правильно зайти, вот он и зашел. Приняли к себе, теперь воспитываем.

— И как? Успешно? — криво улыбнулся Кот.

— Угу, все понимает. Уже бы к Спящим отправился, если бы не мы, и это он тоже понимает. Пока ты в больничке лежал, пополнение привезли. Знаешь, что в том бою только наша группа почти вся выжила, да криловские вояки уцелели? Не знаешь? Вот теперь знай! Вся пена в расход отвалилась!

— Угу, понял. От меня что хочешь? — буркнул Кот.

— От тебя? Да ничего, в общем-то, не хочу. Поговорить вот только, но уже поговорил. — Снова сузил глаза крепыш. — Да еще спасибо сказать. Мой срок через два дня заканчивается, потом еще немного дослужить — и конец контракта! На волю! Да и моим парням столько же осталось. Что ж, спасибо я тоже уже сказал. Бывай, Кот, сержант, серв-мастер.

Крепыш поднялся, и, уже уходя, бросил через плечо.

— Я Гарзин, Гарз. Ты спас жизнь мне и моим людям, теперь я должен. Я шепну об этом. Бродяги долгов не забывают.

— Кот! Кот! Где этот Xшаров… — в помещение ворвался посыльный. — Вот ты где! Почему на вызовы не реагируешь?! Бегом к лейтенанту Бего-о-ом!!!

Лейтенант пил. Пил уже третий день. Пил яростно и беззаветно, отдаваясь этому делу целиком, без остатка. Кто-нибудь другой на его месте, возможно, предпочел бы разные препараты, а он просто пил.

— Ган лейт, сер… штрафник Кот прибыл! — гаркнули от двери.

Лейтенант поднял тяжелую голову.