***

Тщательно прикрыв за собой дверь знакомого пустующего домика, я на несколько минут замер и прислушался. Ничего противозаконного делать не собирался, да и разрешение полковника на перемещение по Академии теперь официально получено, но свидетели тут явно будут лишними. Наконец-то ожидаемые крохи творческого зуда, дали о себе знать. Венок первожреца Краста, как я и надеялся, всколыхнул кровь. В следующий раз халяву ждать придется долго, но на сегодня должно хватить. Заранее заготовленные стамески и столярный топорик перестали казаться страшным орудием издевательств над школьниками, а специально приготовленное полено заиграло красками неоднородной структуры материала.

Для изготовления по-настоящему ценного предмета надо бы еще обождать декаду, чтобы зуд стал нестерпимым, но дальше откладывать некуда, завтра последний день перед Итоговой Битвой. Сегодня последний шанс, иначе от одного из завитков плана придется отказаться.

Красиво покрутить столярный топорик не получилось, но легкие удары в заготовку ложились точно и аккуратно, с трудом удержался на самой границе, не давая себя затопить восторгу созидания. Сегодня меня интересует конкретная форма, даже в ущерб качеству.

***

Запал у меня пропал, когда работа еще не была закончена. Причем, все-таки опять отключился на несколько часов, быстрый взгляд в проем окна показал, что свободное время перед перекличкой на исходе. Шлифовкой деревянного фаллоса занимался уже без всякого удовольствия, да и держать эту штуку в руках было как-то стремновато, больно анатомично она выглядела. Тем удивительнее оказалось наличие в самом основании аккуратно вырезанных Знаков.

Все-таки потерял контроль над своим творческим началом. Из груди вырвался нервный смешок, а простенькая проверка показала, что я действительно стал истинным владельцем еще одной реликвии. Никаких кристаллов в нее заложил, так что активировать функциональность моего нового приобретения можно было только счастливому обладателю магического таланта. Впрочем, долго владеть этой штукой я не собирался, и вовсе не из соображений нравственности.

Надо запомнить сегодняшнюю дату, одиннадцатый день последней девятой удлиненной декады. Засеку, как много времени потребуется первожрецу Краста на накопление с нуля креативной маны. Потребностей в новых реликвиях у меня пока нет, но в схемах планирования собственный потенциал надо оценить трезво.

***

Мне уже давно не снились обычные сны. Еженощные провалы на Изнанку полностью вытеснили старые добрые картинки, генерируемые работой передних отделов гипоталамуса и голубого пятна мозга.

Тем удивительнее было обнаружить себя в зимнем московском парке. Тусклое желтое солнце давало поразительно мало света, хотелось проморгаться и вернуть картинке сбитую четкость. Шедшая под руку Светка заливисто хохотала и пыталась запихать мне за шиворот охапку рассыпчатого снега. Снег. Уже и забыл каким красивым и серебристым бывает пейзаж.

Я присоединился к смеху свой последней женщины того мира и попытался отбиться от ее шутливых нападок. Но непослушные, будто ватные, ноги и давящая на плечи свинцовая тяжесть работали против. К тому же, руки красавицы оказались удивительно сильными, а движения хоть и не точными, но резкими. Приходилось изворачиваться и дергаться, спасаясь от порции колючего крошева.

Светка радостно засмеялась и стремительно крутанулась, упав мне в объятья. Ее лицо вдруг оказалось совсем близко, и я почувствовал на щеке теплое дыхание. Сильные пальцы игриво ухватили меня за щеки, глаза широко распахнулись, затопив ощущением нежности, а раскрасневшиеся с мороза алые губы отчетливо прошептали: «Кирилл, не надо».

— Свет, это же не я начал, — попытался безмятежно улыбнуться и заглушить ее тревогу поцелуем. Но девушка стала ниже меня на добрый десяток сантиметров. И я просто прижал ее к груди. Мое лицо осунулось, и пальцы красавицы бессильно соскользнули с еще недавно пухлых щек.

— Кирилл, но я же знаю, ты не такой! — Света подняла встревоженное лицо.

— Глупышка. А какой я? У меня, Свет, даже глаза перестроились, не могу на ваше тусклое солнце смотреть.

— Кирилл, но они же умрут. По-настоящему. — Девушка попробовала ухватить меня за руки. Но я на автомате крутанул кисти, уходя из захвата, и Света вскрикнула, когда мои пальцы сжали ее запястья.

— Кто-то, Свет, умрет. Кто-то сдохнет. Кто-то сбежит, поджав хвост, а кто-то встанет на колени. В этом весь смысл.

В углах ее глаз показались капельки слез. Попробовал убрать их поцелуем, но девушка неуклюже вырвалась и тяжелой походкой не-воина побежала по белоснежной парковой дорожке. Я мог бы легко догнать эту невысокую толстушку. Если бы увидел в этом смысл.

***

Третий курс Лойской Пехотной Академии сполна оттянулся на второкурсниках. На какое-то время их бой завис в шатком равновесии, шумное столкновение тяжей не привело к мгновенному прорыву строя. Но затем в дело вступили мои старые знакомые. Те самые ребята, что когда-то выловили меня в степи, егеря третьего курса. Мгновенно смяв фланг второкурсников, мои давешние конвоиры ударили в бок построения. И дальше все было предсказуемо, опрокинутый строй легионеров разбился на жалкие островки сопротивления, которые в течение десятка минут один за другим жестко загасили.