55

— Можно? — Спросил Озеров, заглядывая в кабинет ректора.

— Да-да. — Александр Михайлович жестом указал ему, чтобы входил.

Сам он разговаривал с кем-то по телефону. С утра в университете все стояли на ушах из-за вчерашнего происшествия, поэтому профессор, как и надеялся, застал ректора на рабочем месте, хотя не было еще и восьми.

— Ты садись. — Отведя трубку от лица, бросил Александр Михайлович. — Да. Да. А это пусть психиатры разбираются, что ей в голову вдруг взбрело, причем здесь мы? Трезвая она была. Да. Откуда я знаю? Заставить его жениться хотела. Мне еще с ее родственниками беседовать, когда они прибудут, а там, сами знаете, кровная месть, и всё прочее. Лучше бы охрану приставили к этому Юшкову. Да. И вам всего доброго.

— Здравствуйте. — Сказал Озеров, виновато прочистил горло и опустился на стул.

— В конец уже очумели! — Ударил кулаком о стол ректор и шумно выдохнул. Затем наклонился, достал из ящика бутылку коньяка и два стакана. — Будешь? А то мне с ночи давление подняли этой попыткой суицида, до сих пор в себя прийти не могу.

— Нет. — Отрывисто бросил профессор. — Спасибо.

— И зря. — Он плеснул в стакан немного горячительного и залпом осушил. — Да не смотри ты так на меня, Матвей Палыч. Разбудят тебя в двенадцать часов ночи, начнут дрючить во все щели, я на тебя погляжу. А… да, тебе же тоже досталось… — Мужчина нахмурился и покачал головой. — И правильно.

— Александр Михайлович, — решил перейти сразу к делу Матвей, — я очень виноват.

— Хорошо, что ты это понимаешь. — Ректор подлил еще коньяка и спрятал бутылку обратно. — Ты был ответственным за порядок. За всем, конечно, не уследишь, но нас теперь нехило раскачают в Министерстве!

Озеров потер лоб.

— Я должен был контролировать процесс, но, — он с трудом сглотнул, — отвлекся на… личные цели. Из-за меня пострадала и репутация вуза, и та девушка…

— Неудивительно! — Взмахнул рукой ректор. — С такими-то помощниками! Синякина-то наша, Татьяна Михайловна, так вчера обсинячилась на мероприятии, что звонила мне и дурниной орала в трубку всякую чушь. И ведь не первый раз она такое вытворяет. В прошлом году тоже слухи ходили про ее выкрутасы. А я еще не верил.

Озеров поерзал на сидении:

— Звонила, значит.

Ректор взглянул на него так, что сразу стало ясно — всё уже знает.

— Уволил я её. — Решительно сказал Александр Михайлович и залпом выпил коньяк. Спрятав стакан в стол, он выдохнул и даже не поморщился. — Хорошо, что ее вчера никто в таком состоянии не видел! Не хватало еще, чтобы где-то всплыла информация о том, что у нас пьяные преподаватели дежурили во время такого происшествия. Дурдом, а не уважаемое учебное заведение!

Матвей опустил голову и посмотрел на свои ладони, затем медленно поднял взгляд на ректора. Тот смотрел испытующе, словно ждал от него какого-то признания.

— Александр Михайлович, я понимаю, что не оправдал ваше доверие, но полностью осознаю свою вину. То, что произошло вчера между студентами, произошло по моему недосмотру. Если вы собираетесь кого-то наказать, то я готов взять всю вину на себя.

— Смело, Озеров. — Мужчина сложил пальцы в замок. — Вот и Татьяна Михайловна с тобой согласна. Требовала наказать.

Озеров понимающе кивнул.

— То, что случилось, Матвей Павлович, это, конечно, безобразие. — Ректор покачал головой и наклонился вперед. — И, возможно, нам придется пережить кое-какие трудности в связи с этим. Разбирательства, иски, проверки. Не знаю пока точно. Может, и обойдется… В любом случае, вряд ли мы могли как-то предотвратить трагедию. Тем более, девушка сама себя порезала. Да еще и признала, что сделала это в попытке манипулировать своим женихом.

— Александр Михайлович, я уже сказал: готов понести любую ответственность.

— Не горячись, Матвей.

— Я серьезно. — Озеров выпрямился. — Я пришел написать заявление.

— Решил геройствовать?

— Не в этом дело…

— А в чем? Скажи. — Возле глаз ректора разбежались хитрые паучки-морщинки. — Не в первый раз у нас проблемы подобного рода, справимся как-нибудь, а достойными специалистами, такими, как ты, я раскидываться не готов.

— У меня отношения. — Его голос прозвучал как чужой. — С моей студенткой.

Александр Михайлович отклонился назад на спинку кресла. Его брови фальшиво взметнулись вверх.

— Вот как?

— Да. Поэтому я хочу уволиться.

— Интересно. — Хмыкнул ректор и неодобрительно качнул головой. — И как? Все так серьезно? Готов отказаться от успешной карьеры?

— Да. — Решительно кивнул Озеров.

— Хм. — Мужчина кашлянул. — Я… могу знать ее имя?

— Алексеева Ольга. Группа ФК-21, второй курс.

— М-да. — Рука ректора машинально потянулась к ящику, но замерла на полпути и вернулась на место. — И что мне с тобой делать, Матвей Палыч?

— Я уже все решил, Александр Михайлович. — Горячо произнес профессор. — Я ухожу.