— Зачем тебе?

— Дуэль…

— В большой комнате в полу под кроватью. Рычажок сам найдешь. Не маленький. Свет включи только.

За что я люблю друзей-легионеров — они просто помогают и не задают лишних вопросов. Но зачем говорить про свет? Я зашел в комнату. Двуспальная широкая кровать со встроенным освещением и колонками. Я щелкнул одним из выключателей. Другим. Третьем. Ничего. Тогда я случайно наступил на напольный выключатель от торшера. Часть кровати сдвинулось. Показалась ниша. В ней же два револьвера, ножа и пистолета 9мм. Хеклер.

— Ну посмотрим кто кого, Кирюха… — прошипел я.

На следующее утро я нашел его. Вызвал на дуэль и убил вечером того же дня.

После все этого мне пришлось в скором порядке бежать и скрываться от властей. Ольга назвала меня убийцей. Мне больше не за чем жить.

Я вновь во все тяжкие ради смерти…

Глава 4. Во все тяжкие. Франция.

Не смотря на временное перемирие, для таких одиночек как я, работа была. Когда я прибыл в сорок седьмой к Арчеру. Он предложил сразу мне два заказа на убийство и три на похищения. Я просил чего-то более опасного. Но он мне фактически приказал — сначала это, потом что посерьезней. К примеру, во Францию, где сейчас шли сражения за территорию и власть. Убийства не всегда были плевыми, но, присмотревшись, — легче легкого. Делать нечего. Я младше по званию — пришлось выполнять. От похищений меня избавила свободная мобильная группа. Один заказ был на убийство кого-то студента, второй — мужчина из соседнего города. Не задавая лишних вопросов (не в том я положении), я выполнил оба так чисто, на сколько это было возможно. Через две недели я уже был в самолете во Францию, где тут же очутился в самой гуще сражений.

Сражение за сражением, битва за битвой. Но после битвы в Италии все они казались детской забавой пока ты не получаешь смертельное ранение и тебя отправляют обратно в родною страну. Пред отправкой в Россию Хранитель лично зашел в мою палату.

— Тарлок, хватит с тебя сражений. Востанавливайся и переходи в аналитики…

— Но, милорд? Какой в этом смысл для меня?

— Для тебя просто «сэр»… добиться ее можно и не калеча себя.

— Благодарю, вас, сэр. За совет…

— Лежи… и поправляйся…

Глава 5. Клубный наркотик. Ольга.

Что я сделала? Это я поняла лишь через пару дней после похорон. Перед дуэлью сказал, что это все ради меня! Он чуть не лишился жизни. Он дурак, конечно, но и я дура — не поняла на что готов этот парень! Он ведь из-за меня и пошел в этот чертов Орден, как их там?! Легионеров?! Где он сейчас?! Влад говорит — во Франции в самом пекле. Он же там погибнет!! О какая же я дура! Так, успокойся…и он не лучше…тебе нужно лишь отвлечься. Подруги звали в клуб. Значится в клуб. Музыка, алкашка, парни…парни, алкашка, музыка. Нужно лишь сосредоточиться на этом. И танцы…

Первая ночь в клубе: вошла в районе десяти, выполза в пять утра. С трудом добралась до дома. Благо родители не заметили! Целый день мне было так плохо, как никогда не было…и чтобы уничтожить эту боль — я вновь пошла в клуб…Но лучше мне не становилось… в душе стала образоваться пустота… Через три недели мне удалось подцепить парня…Дважды я отказывала в продолжении знакомства у него дома…на третий моя совесть дала сбой под количеством выпитого алкоголя и его ухаживаний. Это длилось неделю. Как-то раз он предложил мне «повеселится». Тогда я еще не знала, что это было…клубный наркотик…Следующее, что я увидела — обдолбанное лицо подруги — лица врачей и родителей…

Я была в больнице…

Глава 6. Ранение. И снова в России

«Лейтенант Тарлок Дукато. Временный член 20-го ликвидационного отряда Селин. Огнестрельное ранение в область живота. Задета печень. Позвоночник — цел. Состояние — средней тяжести. Стабилизирован во Франции. Переправлен по приказу Хранителя в Россию для полного восстановления. Говорить может, но с трудом. Поступил неделю назад. Посещение разрешено, но только под контролем членов Ордена. Сегодня до полудня присутствовали родители легионера: Николай и Алеся Дьяновы. Диалог записан и перенаправлен в архив 87-го ковчега и на личную почту легионера-координатора Арчера из 47-го ковчега.» Из рапорта легионера-разведки Франсуа Ланье.

Я слышал, через пару-тройку дней мне разрешат встать. Похоже, что вскоре (дней через 10) начнутся курсы реабилитации. Мой живот… Как говорил учитель: «Таракс меня похорони» (прим. авт-ра: Таракс — хранитель смерти). Что же стало стало с Олей после дуэли? Как она? Жива ли? Хорошо, что хотя бы кормить начали… что у нас сегодня? А, в прочем не важно. Главное — факт, что кормят…

***

— Папа, мама…это вы?

— Да, доченька…это мы…твои мама и папа здесь — прошептала женщина, не отпуская руки своего дитя.

— Как ты, Оленька? — спросил мужчина среднего возраста.

— Мне душно, голова болит…

— Сильно?!

Девушка тяжело вздохнула.

— Может окно открыть?!

— Лучше включите кондиционер

В дверях стоял парень лет двадцати пяти в медицинском белом халате, накинутом по верх пиджака.

— Пульт на столе… — кивнул парень, сдержанно улыбнувшись.

— Спасибо, но кто вы собственно?

— Сторонний наблюдатель и охрана вашей дочери — ответил парень.

— Кто простите?