Это было давно. Теперь, как сказал тот обречённый Парящий, это не имело никакого значения. Раненая окулой воительница мелко тряслась от озноба, согреть её было невозможно и через три дня она умерла. Зубы окулы выделяли паралитический яд, справиться с которым могли не все.
Дерке и её братья и сестры спали вместе, в одной пещере. Дети согревались друг у друга на груди, их длинные волосы переплетались в слабом течении пещеры. Засыпая, они пели. Иногда взрослые приплывали послушать, и глаза их краснели от сильных чувств. Когда среди них был Оанес, сонной Дерке казалось, что он смотрел только на неё.
– Звезда, про которую ты спрашивала – это жёлтое солнце, свет от которого летит к нам чуть больше нашего года, – сказал Оанес, выныривая из связки огромных книг. – На третьем из его миров есть жизнь. Была еще на четвёртом, но больше нет.
