— Да вы своей семьей вытрепали мне нервов больше, чем все обитатели двух миров за всю мою жизнь. Причем только ко мне у вас всех такое странное отношение, будто я если не в этой, то уж в прошлой жизни точно нанесла как минимум всему клану смертельное оскорбление! — я пыталась остановиться, но меня уже прорвало. — И ладно этот… куратор, блин, меня ненавидит, да и Трэс с него пример берет, уже тоже приноровился подкалывать, но от Вас, Хар, я такого не ожидала. При встрече Вы показались мне очень добрым и отзывчивым, то есть полной противоположностью Ворха. Жаль, что я ошиблась.

— Ого, — Хар задумчиво поскреб затылок, — теперь понятно, почему ты еще мрачнее обычного. Когда так отчитывают, не до шуток становится.

— Она не всегда такая. Когда она спит, с ней вполне можно нормально общаться, — усмехнулся Ворх.

— Согласна, ты мне без сознания тоже больше нравишься, — огрызнулась я и поднялась. — Доброй охоты.

— Эй, постой, Гера, не обижайся, я же шучу! — крикнул вслед Хар.

Я взбежала наверх, вошла в отведенную нам комнату и закрыла дверь. Даши еще не было. И, видимо, уже не будет, раз она осталась с Трэсом до сих пор. Братцев-некромантцев тоже не было слышно в комнате напротив, небось, побежали местное кладбище обследовать. Доносились лишь голоса с улицы через открытое окно.

Я глубоко вздохнула, разделась и легла на одну из двух довольно широких кроватей поверх одеяла.

— Как же меня достали эти оборотни, — пожаловалась я самой себе. — Одни проблемы от них. Вечно какие-то подколы, недоговорки. Ну почему я должна собирать информацию о себе же по крупицам и у сторонних людей?

Меня разбудил среди ночи леденящий душу вой. Он просто пробирал до костей и заставлял вжиматься в постель от огромной силы, которая чувствовалась в его источнике. Я с опаской поднялась и закрыла окно. В наступившей тишине тихий скрип оконной рамы резанул по нервам. Я села на кровать с ногами и накинула одеяло на плечи. Даши все еще не было, и меня это начало беспокоить. Сколько я так просидела, сложно сказать, но когда в коридоре послышались тихие шаги, а потом и приоткрылась дверь, я обрадовалась ей как спасительнице. Я даже подскочила навстречу, но тут же отшатнулась и села.

В открывшемся проеме в темноте стоял Ворх.

— Что случилось? — снова поднялась я, заметив, что он немного пошатывается и часто будто вздрагивает.

— Не подходи, — тихо сказал он. — Ты случайно не брала с собой ту пачку сигарет?

— Брала, — я кивнула и полезла в сумку за экспроприированным у него раньше успокоительным. Но тут что-то капнуло на пол. И еще. В нос ударил запах крови. — Ворх?

Магистр снова покачнулся и схватился за дверной откос. Я выпрямилась и сделала шаг назад:

— Что случилось?

— Просто дай сюда и спи дальше.

— Нет, — я спрятала пачку за спину. — Я чувствую кровь. Опять докурился?

— Тис, — вервольф рыкнул и шагнул ко мне, но буквально согнулся пополам, на пол хлынула кровь.

— Господи, да что ж это такое, — я бросила пачку на кровать и помогла мужчине сесть. — Зачем? Вот объясни мне, зачем?

— Помочь хотел, — совсем тихо ответил он, по телу снова прошла дрожь судороги. — Молодняк призвал обратно в стаю.

— Так это ты там завывал так жутко? — я взяла переброшенное через изголовье кровати полотенце и стала стирать с него все еще стекавшую кровь. Она лилась и лилась изо рта и из носа, отчего вервольф дышал неровно, тяжелыми рывками. — Ну, призвал и призвал, зачем было выкуривать столько, что можно теперь затопить кровью комнату снизу?

— Ты не понимаешь. Я себя даже сейчас плохо контролирую. Этого мало, нужно заглушить Зверя, ослабить.

— Нормально контролируешь, успокойся. Сиди здесь, я воды принесу, — я на всякий случай взяла злосчастную пачку, но Ворх тут же перехватил мою руку.

— Оставь. Пожалуйста, просто оставь и уходи.

— Ну уж нет, я не дам тебе так просто умереть. Вередан и твоя головная боль тоже, между прочим. Я не собираюсь одна с ним мучиться.

Вервольф молчал, продолжая тяжело дышать. Но и руку мою не отпустил.

— Прекрати. Даже не думай об этом. Отпусти, ты делаешь мне больно, — я дернула руку на себя, и она даже выскользнула, перемазанная кровью, но я не удержалась на ногах и шлепнулась на пятую точку.

Ворх тут же оказался надо мной, угрожающе рыча.

Я испытала дежавю, поэтому быстро убрала руки, которыми успела упереться ему в грудь.

— Извини. Но ты прекрасно знаешь, что я не дам тебе это чертово зелье, — как можно спокойнее сказала я и отбросила пачку куда-то в темноту коридора. — А теперь успокойся. У меня гораздо больше причин злиться, но я же не кидаюсь на тебя, чуть что.

Я протянула руку к его лицу, хотела вытереть кровь, но оборотень дернулся от нее, рыкнул:

— Не двигайся! — и за его рыком прозвучала такая паника, что я испуганно прижала руку к груди.

— В чем дело?

— Не двигайся, молчи. Я не хочу снова сломать тебя! — его и самого ломало изнутри, крутило попыткой Зверя трансформироваться.

Я замерла на всякий случай. Со смесью сочувствия и недоумения я смотрела на Ворха, отчаянно боровшегося с самим собой. Все же, как бы я ни злилась, мне больно было смотреть на его мучения.