В конце-концов, растолковал всё от и до, отец Талли отпустил меня. Предупредив напоследок, что разговоры посредством коммуникатора не являются безопасными, потому общаться далее будем только при личных встречах. Для чего мне нужно являться к нему ежедневно — так сказать, с отчётом.

— Да не вопрос, буду приходить, — легкомысленно бросил я, пожав плечами. И только по выходу из кабинета следователя СБ до меня дошло. Заставив остановиться как вкопанного с откровенно глупым выражением лица. Ведь на кой Глоссу мои ежедневные отчёты? В которых не будет ничего интересного, кроме хроник наших работ по разделке подземных гаражей. К тому же он всё это и так узнает — приставленные-то к нам безопасники однозначно будут перед ним отчитываться. Нет, похоже, кое-кто просто решил добавить интересную деталь в подготовленную ловушку… Ведь благодаря такому ходу Эвелин будет оставаться вечером, в примерно одно и то же время, совершенно одна…

Я ругнулся про себя, бросив взгляд назад — на дверь отгородившую меня от Болдуина Глосса. Но… Но возвращаться не стал. Стиснул зубы и пошагал прочь.

Сдав на выходе браслет посетителя, я забрал пояс с оружием и нацепил его на себя. Да и потопал прочь — погрузившись в размышления и не особо-то и глядя по сторонам.

Однако эта отрешённость не помешала мне обратить внимание на занятную экспозицию, обнаружившуюся в жилом сегменте сектора C. Состоящую из: простой тележки на маленьких колёсиках; смонтированной на ней установки паровакуумной чистки, довольно фантасмагорического вида; и трёх девчонок в разномастных комбезах, которые роднило лишь одно — их дешевизна.

Нет, я, может, и не зацепился бы за них взглядом, если бы не достаточно крупные контролирующие браслеты на запястьях этих трудяг, нацепленные поверх рабочего облачения. Сразу ж как-то вспомнилось о наказании, определённом самым отпетым бандиткам! Им же нарезали наведение чистоты в секторах B и C!

Ну как я мог тут мимо пройти! Губы у меня сами расплылись в улыбке и я свернул в коридор, в котором трудились эти бедняжки. Чтобы подойти к девчонкам, упорно делающим вид, что они меня не замечают, и с неприкрытой ехидцей поинтересоваться:

— А чего это мы прячем свои симпатичные мордашки?… Неужели стесняемся?… Так вы вон какое полезное дело делаете — никак нельзя его стесняться!

Работницы эти, лихо орудующих т-образными щётками-скребками, соединёнными гофрированными шлангами с паровакуумной установкой, как по команде повернули ко мне наглухо закрытые зеркальные шлемы. И… И промолчали! Да, даже не огрызнулись! Взглянули на меня и молча вернулись к своему занятию!

— Да вы чего, обиделись что ли?…, — удивился я, гадая кто конкретно из бандиток находится передо мной.

— Чего привязался, шагай давай куда шёл!, — грубо бросила мне самая рослая из чистильщиц между делом, аккуратно ведя по потолку щёткой, оставляющей за собой белоснежную полосу на казалось бы и так совершенно чистой поверхности полимеризированного бетона.

— Да ладно вам!, — озадачился я таким наездом.

— Чего ладно? Чеши отсюда, пока мы и тебя не почистили!, — воинственно выдала ещё другая, потрясши своим скребком.

— Ну хорошо, хорошо, уже ухожу, — миролюбиво произнёс я, выставляя перед собой ладони. И отвалил, как обещался. Просто, судя по голосам, это ж явно какие-то совершенно левые девчонки, а не кто-то из знакомых мне бандиток.

"Наверное, какие-то другие залётчицы", — пришёл я к логичному выводу. Да и выбросил этих странных чистильщиц из головы. И без того ж хватает над чем подумать… Учитывая какой откровенно непростой разговор с Лэйн меня ожидает…

Но я зря волновался. Эвелин, по наивности своей, кажется даже не поняла всю степень угрозы, что нависнет над ней, если воплотить планы Болдуина Глосса как есть. Единственное, что её отчётливо напрягло в моём рассказе — это упоминание того, что службой безопасности будет задействовано специализированное дроид-подразделение "Фоул — КШ".

— Контрдиверсионное дроид-звено УСО?…, — моргнув, вымолвила она. И голову влево-вправо повернула — осматриваясь по сторонам! Вроде как намереваясь обнаружить этих дроидов рядом с нами!

— Ты чего?, — рассмешила меня такая реакция. — У них такая маскировка, что их не увидеть при всём желании! Даже если бы они сейчас стояли в паре шагов от нас.

— Если они находятся не в боевом режиме, то их можно обнаружить методом сопоставления данных поступающих с датчиков визуальной информации и приборов звуколокации, — ничтоже сумняшеся ответила на это Эвелин.

На что я только рот разинул. А потом, опомнившись едва, задал естественный вопрос:

— Стоп, а ты откуда вообще всё это знаешь о сверхсекретных дроидах УСО?!

— А… А у меня это в базах знаний имеется, вот!, — смешалась было, но достаточно быстро нашлась с ответом она.

Такой вот у нас вышел занятный разговор… А Маска в этот вечер так и не связался со мной. То ли выдвинувшаяся с Базы группа немедленного реагирования заставила его побегать по городу и он ещё банально не успел вернуться, то ли специально затягивает с этим, чтобы заставить меня понервничать. Это ж должно быть так забавно для психа — держать человека в таком "подвешенном" состоянии -неясной, всё обостряющейся тревоги, когда не знаешь чего ожидать и сам себя накручиваешь из-за этого. Только если справедливо моё последнее предположение, то этот игрок на человеческих нервах жестоко ошибся, что я теперь аж спать не буду. Нет, вырубился я почти моментально, едва смежил веки. Всё таки устаём мы в поиске неслабо. Да плюс ещё обязательная вечерняя программа с Эвелин… После которой, пребывая в состоянии крайнего удовлетворения жизнью, вообще о любых проблемах думать забываешь.