В остальное время Сотинская платформа несла дозор, насколько это было возможно в условиях помех от ксеносского маяка и страшного шума от Гибельного шторма. Только патрульные корабли приходили и уходили по расписанию, другой же активности почти не было.

По этой причине незапланированное возвращение на Соту эсминца «Нравственность» всех сильно обеспокоило.

Диапазон действия станционных авгуров был снижен всего до полумиллиона километров, но «Нравственность» увидели, как только она пересекла линию маркера. Из светового шума на краю ауспик-экрана образовалось четкое пятно. Трое легионских слуг увидели его одновременно и исправно доложили об этом.

О ситуации немедленно уведомили трафик-офицеров, те немедленно сверились с графиком. «Нравственность» ждали только через две недели.

Капитан Адалл проводил на командной палубе все время, не занятое обязанностями в других местах. Если на них нападут, он хотел увидеть атаку первым и немедленно принять меры. Ища любые странности, он прислушался к переговорам своих вахтенных офицеров:

— Расстояние?

— Пятьсот тысяч километров, идет быстрое сближение.

— Мастер вокса, есть контакт?

— Я пытаюсь установить связь с ее экипажем.

— Не оставляйте попыток.

Низкий трансчеловеческий голос Адала заглушил разговоры смертных членов экипажа. Он взглянул на своих помощников: сержанта Одиллиона и ротного вексиллярия Гена. Те встали рядом с капитаном. Одиллион был седым и задумчивым, Ген — помоложе и построже.

— Артиллерийские офицеры, все орудия в рабочий режим. Всем занять боевые посты, — приказал Адалл. По станции разнеслось три звонка сирены. — Предоставьте мне всю информацию о статусе «Нравственности». Обновлять постоянно.

— Вывожу на главный гололит, милорд.

— Ауспик дальнего действия показывает повреждения двигателей. Из левобортных клапанов вытекает плазма. Возможно, неисправность или боевые повреждения.

— Можешь определить, что именно? — спросил Адалл.

— Не с этого расстояния и не с нынешним режимом работы Фароса, — ответил ауспик-офицер.

— Лорд капитан Адалл, они пытаются открыть канал связи. Их вокс работает с большими перебоями — должно быть, передатчик поврежден, — добавил мастер вокса.

— Продолжайте попытки, пока не установите связь.

— Есть, милорд.

Шли минуты. «Нравственность» приближалась, яркой звездой летя по алому полотну шторма. Вскоре на гололите показался плугообразный нос, а за ним и другие детали. Адалл приказал максимально увеличить изображение на тактическом экране. Повреждения корабля были очевидны даже за цифровой метелью от шторма и Фароса.

— Милорд! Что-то есть, — сказал мастер вокса. — Очень слабо.

— Выведите через главный вокс. Командная палуба, тихо! — приказал Адалл.

Опустилась тишина. Самым громким звуком стал гул работающих приборов и когитаторов.

— Из-за расстояния возникает пятисекундная задержка, — предупредил вокс-офицер. — И сигнал сильно искажен.

Из вокс-динамиков командной палубы раздалось шипение — обычные космические радиопомехи, исковерканные странным пульсом шторма.

— Сота? Как слышите? Сотинская платформа, ответьте.

Голос принадлежал человеку в панике. Усталому и охваченному ужасом.

— Это капитан Адалл. Вы говорите с орбитальной платформой. Назовите свое имя и звание.

Воздух прорезало осиное жужжание. Когда оно миновало, человек продолжал мямлить свой доклад:

— …ничего не смогли поделать. Они идут! Старые боги, они идут! Мы всех потеряли. Весь экипаж мостика мертв.

— Как тебя зовут? — спросил Адалл.

— Простите, лорд, но нам срочно требуется…

— Как тебя зовут?

Человек замолчал. Когда он вновь заговорил, голос его был не громче шепота:

— Милорд, я… я… я второй пилот Маскелл.

— На борту действительно есть второй пилот Маскелл, милорд, — доложил докмейстер.

— Выключить звук. У нас есть образец голоса? — спросил Адалл.

— Мне показывает семидесятипроцентное совпадение, но маяк создает такие помехи, что уверенным быть нельзя.

Адалл кивнул.

— Включить звук. Маскелл, что произошло?

— Я… я… я… — Помехи, казалось, вдохновились паникой Маскелла и зашумели еще громче.

— Вспомни, что ты слуга Ультрамара! — упрекнул его Адалл. — Сохраняй спокойствие.

— Повелители Ночи! Они ждали нас на мертвом корабле. И попытались захватить наш. Они убили легионеров. Взяли корабль на абордаж и стали убивать нас. Они такое сотворили… — Он начал всхлипывать.