— Не совсем, — начал он, но старший мальчик его перебил:

— Мой папа изучает диатомовые водоросли в океане, — затараторил он, не слушая Петерсона. — Это очень важно. Я, когда вырасту, собираюсь стать тоже ученым, но, может быть, буду астрономом, а Дэйвид хочет стать астронавтом, но ему только пять лет, и он точно не знает. Хотите посмотреть модель Солнечной системы, которую я сделал для нашего научного проекта?

— Нет, нет, Билл, — торопливо вмешался Кифер. — Я знаю, она очень хорошая, но мистер Петерсон не хочет, чтобы его беспокоили. Мы собираемся немного выпить и потолковать о взрослых делах.

Кифер проводил Петерсона в гостиную, туда же отправились и мальчики.

"Очевидно, Кифер из тех родителей, которые всех совершеннолетних называют взрослыми”, — сухо усмехнулся про себя Петерсон.

— Я тоже могу говорить на взрослые темы! — возмутился Билл.

— Да, да, конечно, можешь. Я просто хотел сказать, что наш разговор будет тебе неинтересен. Что вы будете пить? Виски с содовой, вино, текилу…

— А откуда ты знаешь, что мне это неинтересно? — настаивал мальчик. — Меня интересуют очень многие вещи.

Ситуацию спас звонкий, твердый голос из соседней комнаты:

— Мальчики, быстренько сюда! Оба малыша сразу исчезли без всяких споров. Петерсон отложил на будущее выволочку старшему.

— Я вижу, у вас перно и текила. Я бы хотел смешать их и добавить немного лимонного сока.

— Ух ты! Вот это смесь! Она действительно хороша? Я не часто употребляю крепкие напитки. Печень, знаете ли. Садитесь, пожалуйста. Уверен, что у нас есть лимонный сок. Моя жена должна знать. Есть ли у этого напитка название, или вы сами его изобрели? — Кифер снова стал беспорядочно суетиться.

— Думаю, он называется “мачо”, — сухо ответил Петерсон.

Он огляделся. Комната обставлена просто, но элегантно. Все вещи белого цвета, кроме нескольких предметов восточного происхождения. У дальней стены стоял экран тонкой работы, справа от камина висела японская гравюра. В незашторенных окнах, за крышами и вершинами деревьев, виднелся океан. Вечером он казался темным покрывалом, которое оттеняли сверкавшие по всему берегу огни.

Петерсон выбрал место на низенькой белой софе и уселся боком, чтобы видеть одновременно и комнату, и простор за окном. Кипы бумаг, явно принадлежащих Киферу, разложенные по комнате, не нарушали ее торжественности.

— Вероятно. Равные доли текилы и перно. Пойду за лимонным соком. А вот и моя жена!

Петерсон посмотрел на дверь. Жена Кифера поразила его — молодая, изящная и очень красивая японка. Не сводя с нее глаз, Петерсон пытался разобраться в своих первых впечатлениях. Ей немногим больше двадцати, решил он. Теперь понятно, почему у Кифера такие маленькие дети. Несомненно, у него это второй брак. На ней был белый костюм от Льюиса и кофточка с глухим воротом из какого-то шелковистого материала. Петерсон с удовольствием отметил, что под костюмом нет нижнего белья. Темные прямые волосы легкой лавиной спускались почти до талии и отливали синевой. Но больше всего поразили ее глаза.

Она стояла в полутемной белой комнате в белом костюме, и ему казалось, что ее голова существует отдельно от тела и сейчас плывет в воздухе. Петерсону почудилось что-то драматическое в ее появлении. Он чувствовал, что не сможет сдвинуться с места, пока она будет стоять неподвижно.

— Мицуоко, дорогая, входи. Я хочу, чтобы ты познакомилась с мистером Петерсоном. Петерсон, это моя жена, Мицуоко. — Он глядел то на Петерсона, то на жену с выражением школьника, который принес домой приз.

Японка плавно и грациозно вошла в комнату, что очень понравилось Петерсону. Затем протянула ему руку — гладкую и прохладную.

— Здравствуйте, — сказала она.

Петерсон подумал, что сейчас он мог бы с чистой совестью ответить типично по-американски: “Рад вас видеть”, но вместо этого пробормотал стандартное: “Как поживаете?”, сощурившись, чтобы смягчить формальное приветствие. В знак того, что ею принято это бессловесное послание, она чуть-чуть приподняла кончики губ. Они смотрели друг другу в глаза чуть дольше, чем требовалось по этикету. Затем она отняла руку и села на софу.

— У нас есть лимонный сок, милая? — Кифер неловко потирал руки. — Ты выпьешь что-нибудь?

— Да, — ответила на оба вопроса Мицуоко. — Лимонный сок в холодильнике. Я выпью белого вина. Она с улыбкой повернулась к Петерсону:

— Не могу много пить — сразу пьянею. Кифер ушел за соком.

— Что нового в Англии, мистер Петерсон? — спросила она, склонив набок голову. — Новости, которые до нас доходят, весьма мрачны.

— Дела плохи, и многие даже не осознают, насколько, — ответил он. — Вы бывали в Англии?

— Когда-то я жила там целый год. Англия мне очень понравилась.

— Да? Вы там работали?