Большую часть времени он лежал с закрытыми глазами у себя в комнате на кровати, и мысленно возвращался назад, к прожитым в бурном темпе часам недельной давности. Макс словно в кино, прокручивал в памяти события, большие и малые, уже прошедшие в безвозвратном прошлом. От случившегося замотанная бинтами голова шла кругом. Иногда, когда он с особым переживанием и тоской на сердце, начинал вспоминать о встрече с прекрасной незнакомкой, рядом с входной дверью в комнату появлялась ещё одна дверь. Старая, боевая подруга возникала всякий раз, когда Макс закрывал глаза, и со всеми подробностями представлял девушку, с которой хотел повстречаться. И исчезала после того, когда он случайно отвлекался либо сердился на красавицу.

Максим долго не мог понять принцип работы двери. Она вела себя странно. Вход открывался в разные места. Причем это мог быть вход, как в помещение, так выход на улицу. И лишь потом он понял, что все события, когда появляется межвременной портал, как-то связанны с Алёной. Практически всегда сквозь щелку ему удавалось рассмотреть или мельком увидеть силуэт девушки.

Огромный синяк под глазом, перебинтованная голова и прописанный врачами в обоих временах постельный режим не давали возможности нашему герою сразу же с головой погрузиться в опасные и головокружительные приключения в прошлом. Поэтому, всё, что мог себе позволить несчастный влюбленный это исследовать возможности появления пространственно-временного перехода и иногда чуть — чуть заглядывать сквозь небольшую щель в иное время и как в кино рассматривать жизнь давно минувшей эпохи. А в остальном оставалось только одно… — скучно мучиться ожиданием и подгонять время, словно застрявшее в часах, которые невыносимо медленно отсчитывали минуты, часы и дни его болезни.

И все же томящее и вместе с тем радостное чувство не отпускало Максима. В полудреме он вспомнил сон, который видел накануне. Увидел очертания любимой девушки. Улыбнулся. Его как будто позвал нежный голос, или опахнуло весенним теплом.

— Я пообещал ей вернуться, — он произнес нежно.

— Она ждет меня, наверное…

Вечерело.

Откуда-то потянуло сквозняком. Неожиданно заскрипела и хлопнула дверь. Максим испуганно посмотрел в сторону входной двери. Она была закрыта. А вот вторая, которой случайно возникла из мира иллюзий была реальной и более того открытой чуть ли не на четверть. Больной встал с кровати и стал разглядывать появившееся пространство…

На улице сплошной стеной шел ливень. Высоко в небе весела пунцовая туча, мелькали зеленовато-золотистые молнии. Монотонный гул летнего бесшабашного ливня заглушил собой все звуки. Изредка доносились раскатистые звуки грома. С восточной стороны неба был виден кусочек радуги. По улицам, прыгая и играя, мчались мутные дождевые потоки. Вода клокотала и плескалась в желобах, водопадами низвергалась в зарешеченные проруби водостоков. Мокрый асфальт блестел, как черное зеркало. Он отражал бегущие автомобили, автобусы, троллейбусы. Вдали у остановки громыхали трамваи, у ближайшего магазина светились разрисованные витрины с тыквами и помидорами. Перед светофором скопилось множество автомобилей. Светофор подмигнул им, и они все сразу, пуская волны, ринулись по улице.

Удар грома точно разорвал небо пополам. Молния окрасила в ослепительный лиловый свет мокрые вершины деревьев, сверкающие провода на серых столбах. Ветер начал задувать в комнату сырость. Мятный запах дождя стоял в чистом, освеженном влагой, воздухе. Максим заворожено, не моргая глазами, смотрел в пространство другого времени. Казалось, что ливень вымыл не только улицу, яркую листву деревьев, дома и крыши, но даже лица пешеходов. Они стояли большой группой под крышей остановки, ждали свой транспорт. Среди них мелькнул знакомый женский силуэт.

Пришлось напрячь глаза, всмотреться. Льющаяся с неба стена воды не давала возможности, что-либо подробно рассмотреть: В синий промокший автобус набивался народ. На подножке замешкалась пожилая женщина. Она долго примеривалась, куда удобнее поставить ногу. Наконец-то грузно поднялась, вошла внутрь. Автобус зашипел, и двери закрылись.

Затворник оглянулся внутрь комнаты. Удивился контрасту: В большие пластиковые окна струился веселый солнечный свет. Радужными красками баловник отражался на мебели, полу, стенах. За окнами по небу плыли легкие белоснежно-перистые облака.

Максим поглядел на дверной проем. По белой покраске проказницы катились сиреневые капли. Они спешили, перегоняя друг друга, и казалось, что доски пульсируют и дышат как живая плоть. За дверью по-прежнему шел дождь, булькали лужи, сгущалась сумерки. Большая, черная туча нехотя удалялась, громовые раскаты постепенно затихали. Над крышами домов молнии уже не блистали. И только вдали, там, где недавно горела радуга, еще некоторое время глухо ворчал гром. Туча медленно сползла к горизонту, и небо над городом засияло неяркой золотистой синевой.

Алёна подняла руку и махнула едущей навстречу машине. Водитель остановился у остановки. Девушка, что-то произнесла, после чего села в машину и уехала.

— А она опять от меня убежала, как последняя электричка, — раздосадовано произнесла творческая личность, влюбленная по уши. — Всё, хватит! Завтра же прекращаю бестолку валяться на кровати и начинаю готовиться к походу в 1977 год. Так, что для этого необходимо сделать? — Макс решительно закрыл дверь и осмотрел свою комнату. Остановил взгляд на ноутбуке, стоявшем на столе. Быстро подошел к компьютеру и в поисковой системе набрал запрос…