– Что поделать, но вот такой вот у тебя уникальный муж.
– гладя ее по голове, растерянно произнес я.
– Многие уже погибли на этом пути, видимо пришло время и мне рискнуть. К тому же, я ведь не погибну, а вернусь.

– Угу. Через тысячи лет, когда нас уже не будет в живых.
– буркнула София, прижимаясь ко мне сильнее, словно стремясь раствориться во мне.

– Это не совсем так.
– растерянно произнес бог. Кажется, я начинаю ненавидеть эту его фразу.
– Если Алекс возродится в своем истинном разуме, то я могу вас снова свести вместе, и даже сохранить Софии память об этой жизни.

– Слабое утешение.
– буркнула недовольно София.

– Согласен, шанс на такой вариант весьма мал.
– кивнул бог.
– Но все же, он существует. В общем думайте, время у вас на это месяц. Через месяц скажете свой ответ: если да, то я Алекса заберу с собой. Три месяца едва хватит, чтобы подготовиться.

Бог поднялся с кресла и, подмигнув Алисе, исчез. А нас выбросило в реальность. Интересно, как боги это делают? Однако, ну и выбор он нам оставил. С одной стороны - жизнь с памятью о друзьях, а с другой стороны - знания, о которых я только мечтал, и возможная смерть. Не будь рядом со мной Софии, даже бы секунды не думал. Узнать все, что знает бог, и при этом спасти друзей - это уникальная возможность. К тому же, кто сказал, что я так просто сдамся?

***

София после разговора с богом не могла спокойно сидеть на месте. Ей хотелось что-то сделать, куда-то бежать, придумать хоть какой-нибудь вариант, где не придется расставаться с Алексом, но при этом она отчетливо понимала, что выхода нет. Наверно именно поэтому она на пустом месте накричала на Алекса и убежала из их комнаты. Она жалела о своем решении, но ничего поделать с собой не могла. Только прибежав к Елене и все ей рассказав, после часа слез и истерик, она наконец смогла более-менее взять себя в руки. Но на этом все не закончилось. Всю неделю ее кидало из одной крайности в другую. То она стремилась быть как можно ближе к Алексу и жаждала его внимания, то видеть его не могла. Эти метания превратились в пытку. Знать, что скоро твой любимый уйдет навсегда, и при этом невозможность что-либо изменить, заставляли девушку совершать безумные, а порой глупые поступки. Собственно из-за этого она, через неделю после разговора с богом, сидела в комнате Ольги де Моунти, слушая очередную попытку ее успокоить.

– Кажется, мои слова ты просто пропускаешь мимо себя.
– огорченно произнесла Ольга, глядя на жалкую тень еще недавно веселой и озорной девчонки.

– Как будто ваши слова способны изменить будущее.
– мрачно сказала София, кутаясь еще сильнее в плед. В последнее время она постоянно мерзла. Даже тут, в комнате, где было довольно тепло, ей казалось, что холод одиночества сквозит вдоль позвоночника.

– Нет, но и ты его изменить не в силах. Так зачем себя мучить? Ты же понимаешь, что делаешь больно не только себе, но и Алексу.

– Я бы хотела отправиться с ним.
– тихо произнесла София.
– И просто умереть.

– Так значит.
– от слов Софии Ольга вздрогнула. Судя по состоянию девочки, она может и глупость сотворить.
– И кому от этого станет легче?

– Мне.
– угрюмо, но при этом решительно, произнесла София.

– А о нас ты подумала?
– присев возле Софии на диван, Ольга обняла ее за плечи.
– Мне очень больно смотреть на то, как ты себя сама мучаешь. У тебя же целых две недели, которые ты можешь провести вместе с Алексом.

– Я знаю.
– буркнула София.
– Но потом он уйдет, и ничего после него не останется.

– Ничего не останется.
– задумчиво произнесла Ольга.
– А ведь это вариант. Если это помогло мне, то может, поможет и тебе.

– Вряд ли.
– равнодушно сказал София.

– Отчего же.
– усмехнулась Ольга.
– Уверена, что этот вариант поможет стопроцентно. Ты ведь хочешь, чтобы он был с тобой?

– И что?

– Ну так у тебя есть две недели, чтобы сделать так, чтобы хотя бы часть его осталась с тобой.
– улыбнулась печально Ольга.
– Я вообще удивляюсь, почему вы до сих пор не подумали о детях.

– О чем?!
– изумленно распахнув глаза, вскрикнула София.

– Ты не знаешь, что такое дети?
– с сарказмом в голосе спросила Ольга.

– Нет, ну то есть да, но...
– неуверенно ответила София, остановившись на середине фразы.

– Сама подумай, дети - это и его часть тоже. И они останутся с тобой. А если будет мальчик, то скорее всего, будет похож на Алекса.
– явно вспоминая своего сына, с теплой улыбкой на лице произнесла Ольга.
– А уж какие они милые, пока не вырастут...

– Ребенок!
– воскликнула София, подскакивая на месте. Ее глаза загорелись таким сильным и фанатичным огнем, что даже Ольга испугалась.

– Стой!
– вскрикнула она, видя, как София устремилась из комнаты. Отвечая на недоуменный взгляд, она добавила.
– Ты себя давно в зеркале видела?

– А что не так?
– искренне удивилась бледная и осунувшаяся, с красными глазами, София.

– На, посмотри.
– улыбнувшись, произнесла Ольга, обняв за плечи Софию и ставя ее перед зеркалом во весь рост.