Дорожка сделала поворот, и перед Сквирой предстала школа, большое новое здание, построенное посреди парка. В холле не было света. Так же, как и в окнах классов.

…Домой неожиданно вернулся Рева. Наверное, можно было убежать через окно, однако Орест Петрович сразу узнал взломщика, и бегство уже бы его не спасло. И тот, перепуганный, действуя импульсивно, без раздумий, убил хозяина подобранным на кухне ножом.

Через два дня преступник, к своему ужасу, выяснил, что милиция усиленно разыскивает Гену. Стало понятно, что с момента, когда следователи начнут допрос Рыбаченко, пойдет отсчет его последних часов на свободе. Выбора не оставалось, и он убил Геннадия.

Вчера он услышал, что Сквира собирается пересмотреть все происшествия в городе. Капитан сам сказал ему об этом. Одно из таких происшествий с неизбежностью выводило… на него самого. Достаточный аргумент, чтобы совершить покушение на следователя. А когда оно провалилось, убийца немедленно бросился устранять свидетеля. Благо, учителя, несмотря на выходной, собрались на стадионе, чтобы поболеть за свою футбольную команду…

Капитан предпринял последнее усилие, рванул через пустынный двор школы и взлетел по ступенькам к входной двери. Дернул ее. На мгновение ему показалось, что она заперта, и он почувствовал облегчение, но в следующую секунду дверь поддалась.

Сквира вбежал в фойе. Его тяжелое дыхание гулко отразилось от стен. Он пометался из стороны в сторону, надеясь найти кого-нибудь из сторожей, или уборщиц, или… да кого угодно!

— Кто-нибудь! — крикнул он прерывающимся голосом.

Крик его отозвался протяжным эхом.

Фойе тонуло в полутьме. Коридоры справа и слева от него вели вглубь школы, но где находится…

— Чего надо? — спросил недовольный голос.

Сквира резко обернулся. На лестнице стояла дородная женщина.

— Суббота, — сказала она. — Да и ночь уже почти. Уходите, а то я милицию вызову.

— Я из милиции. Капитан Сквира. Где кабинет физики?

— Чего? — удивилась женщина.

Как назло, у него не было с собой удостоверения. Он надвинулся на тетку:

— Мне некогда разговаривать! Где кабинет физики? Ну!

— Девятнадцатый, — она махнула рукой в сторону одного из коридоров.

Сквира рванул туда.

— Я милицию вызову! — закричала женщина вслед. — Я директору позвоню!..

Северин Мирославович бежал, вглядываясь в номера на дверях классов.

…Радиоактивность золота была счастливым открытием для преступника. Заставь Реву положить радиоактивную монету в тайник, и можно с легкостью отыскать и ее, и тайник, и хранящуюся в нем нумизматическую коллекцию. Достаточно покрутиться по дому со счетчиком Гейгера! Длительное и изматывающее простукивание стен, потолка и пола не нужно!

О радиоактивности найденного Рыбаченко золота его подельник догадался почти сразу. Но как проверить догадку в маленьком провинциальном городке? Конечно, использовать счетчик Гейгера, неохраняемый, на виду. Преступник не мог не прийти сюда. Он неизбежно должен был принести одно из ювелирных изделий в свою бывшую школу, своему бывшему учителю физики…

Проверка счетчиком Гейгера все подтвердила. Золото действительно оказалось радиоактивным. Вдобавок теперь злоумышленник знал, где именно хранится прибор, и научился им пользоваться. То, что учитель запомнил странное ювелирное изделие, имеющее легкую радиоактивность, не имело значения. Монета ведь будет украдена вместе с нумизматическими альбомами. Нет монеты — и никто никогда не заподозрит, что империал был радиоактивным. Впрочем, никто не заподозрит, что вообще был какой-то империал — Рева ведь не расскажет, побоится! Следствие же никак не вышло бы на не связанного ни с чем происходящим учителя физики…

И школу ограбили. Когда план с монетой полностью вызрел, спустя месяц или два после визита к преподавателю, преступник ночью разбил окно, забрался в кабинет физики — благо, первый этаж, и вынес драгоценный для него прибор.

В первый же день следствия Козинец сказал капитану: «Два месяца назад подростки влезли во вторую школу и украли… — Да, так и сказал: — …украли радиометр».

Вооружившись счетчиком Гейгера, вор снова залез в дом Ореста Петровича. И… ничего не нашел. Рева унес монету с собой.

Сегодня учитель физики превратился в опасного свидетеля. Если следствие начнет рассматривать все странные происшествия в городе, то всплывет и тот случай с ограблением школы…

Сквира бежал по пустынному длинному коридору. Справа мелькали двери, слева — окна, выходящие во внутренний двор. Когда пошли номера за двадцать, Северин Мирославович понял, что пропустил нужный. Он метнулся назад. И сразу же наткнулся на искомую дверь с надписью «Кабинет физики» и номером «19». Капитан рванул за ручку. Дверь легко отворилась.

В комнате никого не было. Три ряда парт. Поставленные на них во время уборки перевернутые стулья. Стол учителя на возвышении — скорее, не стол, а целое сооружение с краном, розетками, выдвижными подставками и многочисленными ящиками. На красной доске — начерченная мелом схема чего-то электрического. Рядом с доской — дверь в подсобное помещение. Три окна. Одно из них распахнуто настежь.

Сквира бросился туда.

Только один человек способен был все это проделать. Тот, кто имел подготовку художника, чтобы нарисовать монету. Тот, кто владел навыками гравера, чтобы вырезать восковую модель и потом резцом исправить слепки. Тот, кто знаком с электролизом — просто в силу своей профессии. Тот, кто мог сделать монетные штампы. Тот, в чьей подсобке, рядом с каталожным шкафом, Сквира видел украденный счетчик Гейгера, еще не подозревая, что это такое. Зато преступник тогда отлично понял свой промах и сразу же сел на стол, закрыв прибор спиной…