ВРАЧ: Будем надеяться, что в следующий раз ей тоже повезет.

САНИТАРКА: А что нам остается делать?

***

В подвале штаба военной контрразведки за массивным столом сидит сотрудник особого отдела Савелов. Он читает выписку из документа.

САВЕЛОВ: «Борисов Николай Львович…

Перед ним на табурете со связанными за спиной руками сидит Борисов.

Савелов: Белый эмигрант, штатный сотрудник абвера…

Борисов слушает Савелова. А тот продолжает, не обращая внимания на Борисова.

САВЕЛОВ: Окончил Михайловское артиллерийское училище…

Савелов берет со стола стакан с уже холодным чаем и делает глоток. Борисов следит за тем, как пьет Савелов, и облизывает пересохшие губы. Савелов переворачивает листок и продолжает читать.

савелов: Воевал на фронте в составе 3-й артиллерийской бригады…

Борисов кивает, соглашаясь с тем, что читает Савелов. Савелов прячет этот листок в толстую папку и достает другой.

САВЕЛОВ: Награжден орденами Святого Владимира III степени и Святой Анны IV степени с надписью: «За храбрость»…

Савелов вкладывает и этот листок в толстую папку и поднимает глаза на Борисова.

САВЕЛОВ: Ну, к семейному положению мы вернемся позже. Все остальное – верно?

Борисов: Верно.

Савелов снимает очки и кладет их в футляр. Футляр определяет между чернильницей и перекидным календарём.

САВЕЛОВ: У меня к вам один вопрос. Почему награжденный такими русскими орденами, воюет на стороне врага?

Борисов: А разве это не понятно?

САВЕЛОВ: Нет.

Борисов: Я не изменяю своей присяге…

САВЕЛОВ: … которую дали Гитлеру?

Борисов: Русскому императору и Российской империи.

САВЕЛОВ: Владимир Кириллович, которого вы считаете наследником русского престола – не коронован.

Борисов: Ну и что?

савелов: А Российской империи давно нет.

Борисов: Это ничего не значит.

САВЕЛОВ: Вы служите врагу, Николай Львович. Но всё еще можете исправить.

Борисов: Меня все равно расстреляют.

САВЕЛОВ: Кто знает…

Борисов замолкает, глядя в небольшое темное окно, расположенное под потолком. Савелов молчит, давая собеседнику возможность подумать и проанализировать весь разговор.

***

Егорова и санитарка стоят посередине коридора. У Егоровой левая рука зафиксирована повязкой. Мимо них медленно проходит Павел Борисов. Он опирается на палку. Больные, посетители, медсестры и санитары расступаются, пропуская его. Все смотрят вслед совершенно седому молодому человеку с многочисленными шрамами на лице. Егорова заворожено провожает Павла взглядом. Санитарка дергает её за руку.

САНИТАРКА: Врач сказал, что запрещает вам заниматься работой, связанной с физическими нагрузками.

ЕГОРОВА: Пока заживет рана?

САНИТАРКА: Нет. Вообще.

ЕГОРОВА: А как же моя работа?

САНИТАРКА: О ней можете забыть.

ЕГОРОВА: Я не могу. Война ведь…

САНИТАРКА: Вы, милочка, уже отвоевались.

Егорова: Я не могу!

Санитарка: Сможете. В следующий раз вам так не повезет. А это вам на память.

Санитарка передает Егоровой пулю.

САНИТАРКА: Подцепи на веревочку и всегда с собой носи, чтоб не забыть, что жизнь очень короткая.

ЕГОРОВА: Ну, это мы еще посмотрим!

Егорова прячет пулю в карман и решительно уходит. Санитарка качает головой, глядя ей вслед.

***

Егорова выходит из здания госпиталя и сразу же хватается за дверной косяк, чтобы не упасть. Слабость и свежий воздух заставляет голову кружиться. К ней тут же подскакивает Петров.

ПЕТРОВ: Егорова, тебе помочь?

Она отстраняется от него.

ЕГОРОВА: Не нужно. Я сама.

Петров недовольно качает головой.

ПЕТРОВ: Как знаешь…

Они идут по улице. Петров не знает, как начать разговор. Он пыхтит и кашляет. Егорова хмыкает.

ЕГОРОВА: Говори уже, чего хотел сказать…

ПЕТРОВ: Тут такое дело… Тебя в связи с ранением отстраняют от розыскной работы…

ЕГОРОВА: Еще чего!

ПЕТРОВ: Я возражал, честное слово, но Гуров ничего не хотел слушать.

ЕГОРОВА: Я сама с ним поговорю.

ПЕТРОВ: Бесполезно. Приказ уже подписан. Тебя переводят в сводно-боевой отряд старшего лейтенанта милиции Лукьянченко.

ЕГОРОВА: Сводно-боевой? Что это за отряд?

ПЕТРОВ: По охране дороги… На Ладоге. Его только недавно сформировали.