Ария покраснела, но я мог сказать, что она была довольна. Неужели она боялась, что мне это не понравится?

Она наклонила голову, чтобы посмотреть на меня.

— Ты сердишься, что я этого не сделала, ну, ты знаешь, не проглотила? Бьюсь об заклад, девушки с которыми ты был до сих пор, всегда так делали.

Она была права, но я никогда раньше не предупреждал девушку. Они были в состоянии определить признаки моего оргазма и могли отступить, если бы хотели. Но они никогда этого не делали.

— Нет, я не сержусь. — честно ответил я.

— Я не буду лгать, я хотел бы кончить в твой рот, но, если ты не хочешь этого, все в порядке.

Я действительно надеялся, что Ария даст возможность попробовать и наслаждаться этим.

Через десять минут мы вернулись в постель. Было около полуночи, и мне предстояло рано встать, но лишение сна определенно стоило того.

Ария прижалась ко мне щекой к груди. Я выключил свет, а затем обернул руку вокруг нее. Как это может быть таким правильным? Будто никогда не было по-другому?

Я даже не был уверен, где именно оставил пистолет. Я всегда знал, где у меня находится оружие, когда я был рядом с другими людьми, но с Арией...я просто не чувствовал необходимости.

— Когда твой отец сказал тебе жениться на мне, какова была твоя реакция? — голос Арии отвлек меня от моих мыслей.

Интересно, чего она ожидала от меня услышать?

— Я ожидал этого. Я знал, что должен буду жениться по тактическим соображениям. Как будущий Капо, ты не можешь позволить эмоциям или желаниям управлять любой частью твоей жизни.

Ария ничего не сказала. Я был рад темноте, потому что знал, что она снова будет искать что-то в моих глазах, что-то, чего никогда не будет.

— А что насчет тебя?

Ария выдохнула.

— Я была напугана.

— Тебе было только пятнадцать. Конечно, ты была напугана. — она была так молода и невинна. Она все еще была слишком невинна для меня.

— Я была все еще в ужасе в день нашего брака. Я и сейчас не совсем уверена, что ты не пугаешь меня.

Эта сторона меня, сторона, которую увидеть только Ария, и никто другой. Она была настолько нежной, насколько я мог ее проявлять, и она все еще боялась меня?

— Я же сказал тебе, у тебя нет причин бояться меня. Я буду защищать и заботиться о тебе. Дам тебе все, что ты хочешь и в чем нуждаешься.

Ей нужно было только спросить. Отцу было наплевать, сколько денег я трачу. У нас было более чем достаточно, и скоро все станет моим, в любом случае.

— Но Фамилья всегда на первом месте. Если бы тебе пришлось убить меня ради защиты бизнеса, ты бы сделал это.

Мои пальцы на ее талии сжались от шока.

Рождённый в крови. Поклявшийся на крови.

Я практически ощутил укол татуировочной иглы, когда девиз Фамильи был набит на моей груди.

Я поклялся своей жизнью Фамилье. Стать их Капо, возглавить солдат - это было мое будущее, ради которого я был воспитан, будущее, ради которого я жил. Каждый вдох, который я делал, каждая жизнь, которую я забрал, каждая рана, которую я перенес, приближала меня к моей цели.

Больше в моей жизни ничего не было. До Арии, моя первая мысль, когда я просыпался утром, была о делах, и так же была моей последней перед тем, как я засыпал.

Я никогда не думал, что что-то или кто-то может когда-либо разделить внимание с Фамильей, что что-то может вообще иметь значение по сравнению с моей жизнью, как члена мафии.

Любовь — это слабость, которую Капо не может себе позволить.

Слова отца звучали громко и ясно в моей голове. Я всегда закатывал глаза, когда он произносил их, убежденный, что они были пустой тратой времени и усилий, учитывая, что я был неспособен дать ни малейшего дерьма девушке.

И все же девушка в моих объятиях проникла в мои мысли — и, что еще хуже, в мое сердце. Не раз я ловил себя на том, что думаю о ней, когда уезжаю по делам.

Это была не любовь. Я не был способен на любовь. Это было...я не был уверен. Я заботился об Арии. Я хотел защитить ее, хотел сохранить одну девушку в своей жизни в безопасности.

Это была не любовь, но это было больше, чем мой отец когда-либо терпел. Если он узнает, что моя жена была не просто гребаной вещью для меня, прекрасным трофеем, который я выставлял напоказ, тогда он обязательно сотрет то, что он считал риском для моей жизни.