– Вашему подзащитному грозит плаха, мэтр, – заявил я, оборачиваясь к спутнику, но адвокат оказался стреляным воробьем и сбить себя с толку не дал.

– Кто вы такой? – повторил он, близоруко щурясь.

– О, что с моими манерами? – вздохнул я, вытянул из висевшего на шее мешочка служебный перстень и нацепил его на палец. – Позвольте представиться, магистр Вселенской комиссии по этике Филипп Олеандр вон Черен.

– Вселенская комиссия? – нахмурился сбитый с толку адвокат. – Мой клиент не из школяров, а тот факт, что я преподаю юриспруденцию, никоим образом…

– Перед вами – свидетель обвинения! – перебил я собеседника. – Обстоятельства заставили меня посетить прием ее сиятельства инкогнито, и в материалах дела я фигурирую как Рудольф Нуаре. Правда, сомневаюсь, что у вас было время с ними ознакомиться…

– Это возмутительно! – рассвирепел адвокат. – На каком основании вы преследуете моего подзащитного?!

– Я никого не преследую. Напротив, даю ему шанс.

Мэтр Валгетамм платочком промокнул лоб с глубокими залысинами и перешел к делу:

Конец ознакомительного фрагмента.