Сейчас Кожемякин сидел и постукивал ложкой о чашку. Думал. Муа прислала, что Леонид Борисович напоминает ей отца: такой же могучий правитель. Однако в нём отсутствует некая чернинка — сила тут исключительно светлая. Естественно, ничего из этого не было произнесено вслух.

— Значит так, — Кожемякин положил ложку на стол. — Примем всё рассказанное на веру. Но Саша, ей богу, если бы это рассказал не ты…Короче, вот что я вам скажу…

Внезапно он замер, прислушиваясь, а после неожиданно легко, для своей комплекции, поднялся на ноги.

— По дороге, в нашу сторону движутся два автомобиля, — сообщил Кожемякин.

— Два? — удивился я.

Удивился и встревожился.

11.

Видимо моя тревога передалась и остальным моим близким (таковым же можно считать дракона?), потому как Муа изменилась в лице, а Кусака прогнал свою сонливость и принялся доставать меня вопросами: не пора ли ему вступать в дело? Я подумал, что нервы у подопечных Кожемякина и так на пределе, поэтому с созерцанием дракона им лучше обождать.

Тем временем Леонид Борисович сообщил, что машины удалось опознать и назвал модели каждой. И если с первой всё казалось кристально ясно: Мицубиси Аутлендер, на котором точно ехали Вера с Иваном, то второй — УАЗ Патриот с какими-то оружейными модификациями, оставался загадкой. По крайней мере для меня.

— Что думаешь? — спросил Кожемякин, когда мы выбрались из дома во двор. Муа ни на шаг не отходила от меня, а в сарае изнывал жаждущий действий дракон. — Сестра, говоришь? А может такое быть, что твоей Верой и её сожителем кто-то решил банально прикрыться? Использовать, скажем, в качестве заложников.

Я только пожал плечами. Могло происходить всё, что угодно. За всю свою жизнь я успел столкнуться с множеством нештатных ситуаций, которые невозможно предвидеть. В результате одной из таковых оказался здесь, а после ещё нескольких получил дракона и принцессу из другого мира. Но Кожемякин и без меня знает, насколько велик процент безумия в мире вообще и в нашем роде деятельности, отдельно.

— Пусть только ваши удержатся от преждевременной пальбы, — попросил я. — Почему-то мне кажется, что тут нет ничего опасного.

— Ага, — крякнул Кожемякин и криво ухмыльнулся. — А я-то, старый злодей, уж собирался накрыть их ковровым бомбометанием, а после — сжечь напалмом. Ну, вспомни, мы же так всегда делали. Понятное дело, сначала присмотримся., какие гости к нам пожаловали.

Вскоре послышались звуки автомобильных моторов. Но не это заставило меня вздрогнуть. Из-за угла дома внезапно появилась штука, похожая на полупрозрачный клуб дыма, подплыла поближе и в одно мгновение превратилась в бойца с автоматом наизготовку. Если учитывать, как был поражён я, то удивление Муа не поддавалось описанию, а Кусака так и вовсе сходил с ума от любопытства.

— Свят, свят, — сказал я, глядя на улыбающегося Кожемякина. — Креститься, пожалуй, не стану и даже чёрта помяну. В смысле: какого чёрта?

— Волшебство? — прислала Муаррат. — У нас маги воды могут становится невидимыми. Но ты же вроде говорил, что у вас нет настоящих волшебников?

— Выходит, есть, — вслух произнёс я и Кожемякин тут же приподнял одну бровь. — Это я так, своему внутреннему голосу.

— Да? Это ты не свою подругу так именуешь? Как я смотрю, что ты со своей Муаррат редко, когда словом перемолвишься, а друг друга понимаете. — Муа сделала большие глаза и развела руками. Прислала мысль, что Кожемякин — очень умный человек. Впрочем, в этом никто и не сомневался. — Ну если тебе так любопытно — это основная причина, по которой мы кормим здешних комаров. Только учти, Саша, за раскрытие гостайны мы вас всех тут расстреляем, сожжём, а пепел растворим в кислоте.

— Знаю, — я пояснил опешившей Муа, что это тоже шутка. — Привык уже. Так что там за секреты?

— Пятый прототип Хамелеона — защитного боевого комбинезона. Костя, покажи своё колдунство.

Боец молча кивнул, коснулся белых пятен на груди и в один момент обратился едва заметно тенью. Возникло неприятное ощущение слепого пятна, но оно продолжалось лишь пару секунд, а после пропало. Теперь в ярком свете фонарей я видел лишь очень бледный мыльный пузырь. Думаю, что в полумраке, да ещё и среди деревьев такого солдата хрен засечёшь. Почти, как в старом фильме: «Хищник», только ещё лучше.

— Хорошая штуковина, — одобрил я и прислал Муа: «И никакого волшебства», — Нам бы такие, в своё время. В Змеиное ущелье. Глядишь, Пашка бы тогда живой вернулся.

— Много, кто мог бы вернуться, — Кожемякин вздохнул. — К сожалению, даже пятый прототип не идеален. Прожорливая эта система: пока что батареи хватает только на сорок три минуты, а этого слишком мало. Ну и плюс, программное обеспечение наши засранцы до ума так и не довели. Временами маскировка пропадает без всяких вразумительных причин, а это, как сам понимаешь, не есть гуд.

В общем, пока мы знакомились с чудесами военной техники, автомобили успели благополучно добраться до нас и уже въезжали во двор. Если за спинами пассажиров Аутлендера никто не прятался, значит Иван и Вера добрались домой без приключений. А вот и вторая машина.

Ну да, последний Патриот. Только вот кто-то укрепил крышу металлическим каркасом из труб и установил там ПТРК Корнет и пулемёт Корд. Хм, кому пришло в голову переделывать УАЗ в этого монстра? Но кажется я начинал догадываться, кто пожаловал к нам сегодняшним вечером. А тут ещё и Вера прислала сообщение.