Шрифт:
Закончив чистить банан, я откусила кусочек и с ожиданием уставилась на парня.
– Я… – Он нервно хмыкнул, набрал побольше воздуха в легкие и поставил руки на пояс. – Знаешь, я тебя уже ненавижу.
– Отлично. Тогда я на кровати. – И закинула остатки банана в рот. Вкусновато, но маловато. – А на завтрак что?
Глава 3
– Что значит, не ловит? – возмутилась я, колотя в миске яйца. Не от хорошей жизни, я вам скажу.
– Мы на острове! – заворчал абориген. – Спутниковый сигнал очень слабый. Этот телефон плохо тянет.
Не представляю, на что он вообще понадеялся, когда достал из ящика это доисторическое чудо техники. Запасной телефон, называется! Да к нему даже сим-карта не подошла. А еще говорят, я блондинка. Раздраженно бросив Нокию обратно, парень пошел к своему ноутбуку.
– А с ним что? Выход в интернет есть?
– Нет. Но я запустил установку программы для связи через телефон.
Я покачала головой и принялась крутить кнопочки на плите. И как, черт побери, работает эта штука? Где сенсорная панель?
– Точно псих какой-то, – пробубнила себе под нос. И уже громче добавила: – Зачем ты вообще приперся на этот остров?
Я и не ожидала, что он окажется так близко. Опять подкрался, котяра драный.
– Пытался избавиться от таких, как ты, – ответил он над ухом и слегка меня оттолкнул, чтобы включить огонь. Я скорчила рожицу, пока он не видел.
– Не поверишь, я тоже пыталась кое от кого избавиться, – призналась я. – Возможно, меня карма настигла, но мои подруги-то причем? Куда их этот сумасшедший дед дел? Я даже не знаю, живы ли они.
– Живы, – быстро выпалил местный.
– Откуда ты знаешь? Он тебе так сказал? – с надеждой спросила я. – Ты же с ним по телефону говорил?
Вздохнув так, будто его уже очень конкретно задолбали, парень с большим трудом из себя выдавил:
– С ним. Он сказал передать, что с подругами все в порядке. За них можешь не волноваться.
– Угу. То есть, их он в отель отвез?
Честно, даже не знала – радоваться или злиться. С одной стороны, я бы им такого «счастья» не пожелала. А с другой, почему я? Ви с Ленкой тоже очень красивые. Мы втроем самыми популярными девочками универа были.
– Я точно не знаю, куда он их отвез, – обломал парень. – И знать не хочу. Как только починю катер, высажу тебя на земле и больше не буду с тобой возиться. Ясно?
После всего сказанного, он еще и пнул ногой стул. А потом зачем-то принялся перерывать шкаф. Правильно, правильно! Шортики давно пора натянуть.
Завтрак мне готовить отказались. Ладно, это я пережила. Нутеллы на острове тоже не имелось. И вообще никаких запасов шоколада. Ну, окей. Все же не пять звезд…
Но когда к моим ногам упал непонятный скомканный мешок, я чуть не поперхнулась своим омлетом.
– Это что? – уточнила я, брезгливо оттолкнув мешок ножкой.
– Это твой спальник, – с неуместным довольством ответил абориген. – Стели его где хочешь.
Ну, я сразу и посмотрела на кровать. На кровати постелю.
– Об этом даже не думай, – прозвучала знакомая фраза. – Спать я с тобой не буду.
Нет, ну все!
Бросив вилку на пустую тарелку, я с шумом встала и уперла руки о столешницу.
– Слушай, как там тебя?
– Лео, – грозно заявил он. – Потрудись запомнить.
– Я заплатила пять тысяч евро за отдых класса люкс, Лео! – пожаловалась я. – И ни какой-то там сумасшедший дед, ни даже психованный социопат не остановят русскую девушку, когда ей действительно очееееень нужно отдохнуть.
Высказав все это ему в лицо, я нашарила рукой в холодильнике бутылочку текилы и в тон ему спросила:
– Ясно?
А после, не дожидаясь ответа, подняла с пола спальник, прихватила со стола лимон, солонку и направилась на пляж. Потому что у меня начался отдых!
Уткнув бутылку в песок, я зажала зубами лимон и расстелила спальник. И чем не шезлонг?
Солнце, колыхание волн и ветер с запахом моря и соли… Ммм! Как же я по этому скучала. И как же не хватает сейчас девочек. Это перед аборигеном я не хотела раскисать. А как только оказалась одна, осознала весь ужас своего положения.
Я на чертовом острове!!!
Даже позитивное мышление не помогало справиться с ужасом происходящего. И рюмку забыла. А возвращаться в хижину к дикарю совершенно не хотелось. Ужасный тип. Невозможный! Никаких манер, никакого сочувствия несчастной девушке.