Георгий Константинович, а персонал звал его – шеф. Для кого-то он был Константиныч и этим людям он старался прислуживать, по полной программе, даже лично выходил принять заказ и этот вечер оказался именно таким.

– Константиныч, не нужно поправляться, ты же комплимент девушке сделал. Я с тобой полностью согласен. Девушка прекрасна и заслуживает внимания.

Аня и шеф стояли рядом со столом, как два памятника, щеки у двоих наливались краской. Одна приняла комплимент, а второй понимал, что здесь он становится лишним.

– Как вас зовут? – с довольной улыбкой спросил офицер.

– Анна, – ответила девушка. Она, конечно, не знала, кто эти люди за столом, но если шеф за ними бегает как хвостик и «целует в зад», то значит, она краснеет не зря. Она их и раньше видела, но обычно они заходили ненадолго и уходили, а если их и обслуживал кто-то, то это был шеф. Другие обходили этот столик стороной. В этот раз эти люди пришли под конец рабочего дня, и начальник решил познакомить с ними девушку. Это не его желание.

– Простое и в тоже время красивое имя, – сказал офицер, довольно улыбался и сканировал девушку с головы до ног. Останавливаясь, то на груди, которую обтягивала белая блузка (сидела на ней очень складно), а потом на стройных ножках, которые почти до колен скрывала рабочая юбка.

С его статусом он мог разглядывать любую девушку.

Аня молчала, как и подобает в таких ситуациях. Сама не понимала зачем, но она хотела понравиться им.

Про Константиныча уже давно все забыли, как про инструмент – попользовались и отложили в сторонку. Офицер сделал характерный жест рукой, как бы отмахнулся и шеф понял без слов, видимо не впервой и удалился к себе в кабинет. У хозяина ресторана было правило: не покидать ресторан до последнего клиента – фанат своей работы – истинный трудоголик.

– Ну-у-у-с, Анна, вам нравится ваша должность? – продолжил человек в форме и отодвинул стул.

Девушка без слов, видимо прочитала по глазам, что нужно сесть на этот стул.

– Конечно, – ответила Аня, продолжая смущаться, ноги растеклись по стулу. Они гудели от усталости.

Вдруг она вспомнила про подругу. Мобильник заряжался в кабинете шефа.

– Извините меня, мне нужно отойти. Я скоро вернусь. – сообщила девушка, в голосе чувствовалось неудобство перед гостями и тревога. Женское тонкое чутье о чем-то предупреждало.

– Да, конечно, Анна, сходи, попудри носик, – ответил и подмигнул ей офицер.

Аня наигранно улыбнулась и хихикнула, а через несколько секунд ворвалась в кабинет шефа.

– Что случилось, Анечка, они тебя обидели? – побеспокоился толстяк, поднимая бегающие глазки и откладывая в сторону свои бумажки. Дернулся и чуть не свалил настольную лампу на пол.

– Я сама кого хочешь, обижу, – рявкнула она. Потом одумалась. – Ой, простите Георгий Константинович за мой язык, это нервное.

Трясущиеся от предчувствия руки включали телефон.

Он, молча, улыбнулся в ответ и зарылся в поисках какого-то важного документа.

– Ну же, ну-у-у-же, – уговаривала она телефон. И вот долгожданная надпись «HELLO» и знакомая мелодия. Экран показал три пропущенных вызова от Алевтины и СМС. Она стала набирать, в ответ: «абонент не отвечает…».

– Черт…

– Что случилось? – встревожился толстячок.

– Нужно бежать домой, срочно, извините, – за что-то извинилась Аня.

– Хорошо, если очень нужно я сам обслужу гостей.

– Спасибо вам, Георгий Константинович, – быстро, как пулемет пролепетала девушка.

Она выбежала в зал. К столику. Там сидели уже подвыпившие VIP – клиенты. Они с невыдуманным удивлением смотрели на летящую к ним девушку. Только и слышно цоканье шпилек о паркет.

– Простите, мне нужно бежать, – сказала девушка, пытаясь отдышаться.

– Не спеши красавица, – остановил один из сидящих за столом. Всего их было двое, – лучше расскажи нам, что у тебя стряслось, мы поможем, поверь.

– Ну-у-у…

– Ну что ты, как девочка ей богу, мы же не кусаемся, а наших связей хватит, чтобы помочь тебе в любом вопросе, – голос хмельной, но речь оставалась связной.

Она замялась. Знала, что не стоит первым встречным, даже если они очень любезны с тобой. Не стоит рассказывать о проблемах, тем более о проблемах подруги. Но помолчав несколько секунд, выплеснула:

– Проблемы не у меня.

– А у кого же, – интересовался офицер, – в семье что-то?

– Почти, – продолжала девушка, дыхание почти восстановилось. – У моей очень хорошей подруги. И она для меня, как семья. Она ездила сегодня в тот район, ну знаете, наверное, которым у нас детей уже пугают, район с самоубийствами…